Три женских страха

Меня уже настолько увлек разговор, эта неожиданная откровенность Акелы и то, что он разговаривает со мной как со взрослой, как с равной, что я думать забыла про химию, экзамен и предстоящий выпускной. Все казалось таким мелким и далеким…

– Да вот только оказалось, что человек этот так же плотно связан с криминалом, как я с кэндо. Но выхода уже не было – я дал слово защищать его. И понеслось… Ты прости, что я тебе это рассказываю, Аля, но ты умная девочка… я знаю, что ты поймешь.

– Конечно… я в этом с семи лет живу. С того дня, как папа вышел из тюрьмы в последний раз. Даже раньше – когда Семен не поделил что-то с сыном одного тут… да вы его знаете наверняка – Витя Меченый.

– Знаю, как не знать. Скажи, ты никогда не хотела уйти от отца, жить отдельно, не касаясь его никак?

Вопрос застал меня врасплох. Даже себе я стыдилась признаться, что несколько раз мечтала – вот вырасту, уеду отсюда и даже не скажу, где я. Нередко в детстве мне доставались обидные прозвища и комментарии типа «дочь зэка», «девочка, чей папа сидит в тюрьме» и всякое такое. Я поступала тогда единственным доступным мне способом – если это говорили дети, я дралась. До крови, впадая в непонятную и жуткую ярость. А если взрослые – мстила, как мстят дети. Это могла быть сосновая сера на ворсе новой шубы, подпиленный каблук оставленных учительницей в классе туфель, да просто кнопки на стуле или вбитый снизу в тот же стул гвоздь. Я никому не спускала обидных слов, но в душе страдала и мечтала о том времени, когда мне не придется зависеть от отца.

Но признаваться в этом стыдно даже сейчас, даже Акеле – получалось, что я, живя в отцовском доме и пользуясь всем, что он мог мне дать, втайне мечтаю сбежать, потому что ненавижу все это.

Я неопределенно пожала плечами, и Акела продолжил:

– Я хотел уйти от своего хозяина, очень хотел – хотя он мне был как отец. Но то, чем приходилось заниматься… И решил вопрос о моем уходе, как ни странно, Серж… Но это я тебе сейчас не буду рассказывать.

– Потому что рано пока, – улыбнулся он. – Так что с выпускным?

Разумеется, я сдалась…

Перспектива провести целую ночь бок о бок с человеком, о котором я грезила, была столь заманчивой, что я готова была ради нее даже терпеть выпускной, одноклассников, учителей, пафосные длинные речи с дежурными словами – что угодно. Лишь бы он был рядом, смотрел на меня, держал за руку. Мне хотелось танцевать с ним – длинные медленные танцы в темном зале. С ним – взрослым мужчиной, а не с прыщавыми одноклассниками.

Осадное положение в доме длилось и длилось. Я тихо сходила с ума – каждый день одно и то же. Папа поправлялся медленно, но с каждым днем все настойчивее старался выудить у меня хоть какие-то сведения о происходящем за пределами нашего поселка.