Три с половиной оборота

Марич набирал кому-то сообщение в телефоне, а я наблюдала, как ласточки вьют гнездо под нашей крышей. Попеременно они прилетали с веточками, травинками и прочими материалами. Суетились вокруг своей маленькой стройки и, кажется, о чем-то переговаривались.

Наконец Марич освободился. Положил смартфон на столик перед нами.

– Как прошел твой вечер?

– С переменным успехом.

Я порадовалась, что наконец могу изложить Сербу свои наблюдения относительно блондинки. Он слушал внимательно и даже заинтересовался. То ли потому, что явных кандидатов на роль преследователя Валерки у нас не было, то ли потому, что это действительно имело потенциал для расследования.

– Мне кажется, надо оставить все это. Вернуть Забелину аванс и посоветовать приплатить охране. Нет там никакого злодея. Точнее, есть, и зовут его Валерий Забелин.

– Сдаешься? – улыбнулся Марич. – Не похоже на тебя.

– Но если никто за ним не следит, что нам, выдумать ему антигероя? Впрочем, это было бы забавно. – Я даже хлопнула в ладоши, представив глаза Валерки.

Забелин решил поиздеваться надо мной. Потешается, наблюдая наши потуги, уверенный в том, что нам придется капитулировать. И тут мы. Вот злодей. Получите, распишитесь. Осталось определиться, кого выбрать жертвой. То есть злодеем. В общем, с кандидатом на главную роль.

Мои фантазии прервал Марич:

– Есть новости о Задорожной. В то утро она опоздала на тренировку, ездила на примерку соревновательного костюма. Была у швеи, она это подтвердила. Соня покинула мастерицу тогда, когда Денисову уже обнаружили мертвой.

Кажется, и эта версия летела в тартарары.

– Как обстановка на катке? – спросил Марич.

– У тренеров будто ничего и не случилось, а вот спортсмены обсуждают отсутствие Карелиной. У Сергея Воробьева даже якобы инсайдерская информация есть.

Я коротко изложила его историю про камеры.

– Так и есть, – кивнул Владан. – Не врет. Все перечисленные действительно были недалеко от крыши в то утро. Однако, как мы помним, есть еще лестница, зону вокруг которой камера не берет. Вот если бы кто-нибудь ходил по коридорам с нагрудной камерой, вроде видеорегистратора у машин, был бы шанс.

Марич повторил последнюю мысль.

– Да! – вскрикнула я.

Ласточки под крышей защебетали и молниеносно улетели.

Я рассказала Маричу о том, что добиралась сегодня до дворца в объезд пробок и оттуда открывался отличный вид на крышу.

– Я еще подумала: кто-то из автомобилистов мог в то утро видеть что-то важное, сам того не зная. Но никто с ценными сведениями не явился, насколько нам известно. Теперь ты сказал про камеры, про видеорегистратор.

– Они установлены сейчас на многих машинах, – подхватил Марич. – Но ведь это как искать иголку в стоге сена. Шанс есть, но он ничтожен.