Три дикаря для попаданки

Лизу никто не видел, вообще никто из обитателей крепости. Кара плакала, рассказала о подозрениях Лизы отравить ее, пришлось долго допрашивать Сару, не подпуская к ней Арона, но женщина, умываясь горькими слезами, клялась, что ничего не знает.

Им всем нужен конкретный враг, с которым они готовы сражаться, а не вот так, бессмысленно прочесывать лес, загоняя лошадей, людей, убивая самих себя.

– Нам нужно отдохнуть хоть сутки, Арон, из нас никакие войны, если мы не наберемся сил.

– Я не могу отдыхать, ты понимаешь? Я не могу есть и спать, зная, что она в беде!

– Ты постоянно зациклен на себе! Ты не хочешь, ты не можешь, тебе надо! Ты и на алтарь потащил ее лишь потому, что боишься собственной смерти, как было напророчено Хильдой!

Грей выкрикнул эти слова, махнул рукой в сторону старухи, та уже что-то кидала в кипящий котел, запахло травами.

Да, это было уже не так, Арон чувствовал, то, что раньше было желанием выжить, не дать свершиться предсказанию, стало для него бо́льшим. Он не мог выразить словами, но эта девушка, его страстная, красивая до рези в глазах дикарка, стала особенной для него. Она всегда будет той единственной, что предназначена для него. Предназначена им, как мать их отцам.

– Что случилось? Вы нашли ее?

Кай вскочил на ноги, ему снился страшный сон, как за Лизой бегут черные бешеные псы. Он таких не встречал в их лесах, а самый огромный из них догоняет и рвет ее на части. Каждый раз, когда удавалась поспать, сны были разные, но в них девушке всегда грозила опасность, а Кай ничего не мог сделать.

– Замолчите все, подойдите ко мне! Мне бы надо подсыпать вам дурман травы, чтоб уже успокоились и перестали мучить старуху Хильду, я же говорила сразу, хорошо все с ней.

Все обратили внимание на Хильду, она сосредоточенно что-то высматривала в кипящем чане и бормотала себе под нос, братья переглянулись, но подошли.

– Смотрите, вы видите? Видите, что вижу я? Смотрите!

– Старуха, ты снова несешь ересь! Я поставлю этот чан на площади, велю принести побольше дров и буду варить тебя в нем.

– Замолчи, ты и так чуть не убил меня, вот напущу на тебя дурман, и забудешь обо всем, что было, и ее забудешь.

Женщина что-то кинула в воду, та забурлила сильнее, поднялся густой пар, она махнула рукой, Грей с Каем зажмурили глаза, Арон тоже, а когда открыли их, то сразу не поняли, где очутились.

– Смотрите, смотрите, вот она. Она живая. Я же говорила, а вы не верили. Она уже не одна.

Далекий голос Хильды, а вокруг все словно перекатывается, как водная гладь. Странные предметы, небольшое помещение, полумрак, лишь в углу светится высокая палка, но не так, как огонь на факеле.

– Лиза, – Кай первым увидел ее, протянул руку, хотел сделать шаг, но ноги словно вросли в пол.