Бермудский треугольник черной вдовы

Я увидела что-то круглое, странное, вроде покрытое серо-коричневым мхом, по бокам этого непонятного справа и слева торчали два полупрозрачных треугольника, вроде как из бархата. Они были цвета горького шоколада.

– Андрей кот по-пацански, – торжественно объявила Марго.

Мои пальцы сами собой разжались, вилка упала на скатерть.

– Кто?

– Андрей кот в горшочке, – повторила девушка, – эксклюзивный раритет, руками Бориса Львовича сделанный. Ешьте на здоровье.

Я уставилась на блюдо. Я фатально ошиблась, приняв за мох нечто коричневое, покрывающее круглый предмет. Это шерсть! А треугольник не из бархата, это уши несчастного кота Андрея, чью голову запек в духовке повар.

– Унесите, пожалуйста, – пробормотала я, борясь с тошнотой, – поскорее отправьте это на кухню.

– Почему? – поразилась официантка. – Вы хоть кусочек отрежьте, очень вкусно. Андрей кот мягкий, сочный, он просто на вид твердый.

– Спасибо, не хочу, – пролепетала я, – у меня аллергия на кошек. Где у вас туалет?

– Справа по коридору, – обиженно объяснила Марго, – Борис Львович очень обидится, он расстарался изо всех сил и…

Я вскочила и побежала в сортир.

* * *Минут через пять, умывшись холодной водой, я вышла в узкий коридорчик и услышала мужской голос, доносившийся из расположенного чуть дальше помещения.

– Она вообще не попробовала?

– Не-а, – ответила Марго, – даже не понюхала.

– Почему?

– У нее спросите. Кривляка.

– Должна же быть причина, по которой человек от такой вкуснятины отказывается.

– Сами знаете, какие иногда люди приходят.

– Но это же странно. Прекрасное мясо, нежное, свежее, не мороженое, – недоумевал повар, – особым образом приготовленное гречотто, на него пошла лучшая ядрица. Я ее сварил, истолок, уложил на филе, разровнял, украсил чипсами, которые покрыл соусом. Что не так?

– Дура она! Не расстраивайтесь, Борис Львович.

– Я хочу понять, отчего блюдо на кухню вернули.

– Охота вам, Борис Львович, до дна докапываться. Забудьте.

– Нет, Марго, детские истории самые значительные, они на всю жизнь запоминаются и след оставляют на сердце. Вот почему ты одни огурцы ешь?

– Потолстеть боюсь, – откровенно ответила Марго, – раскабанею по-свински – замуж не выйду.

– У тебя сорок второй размер, а ты на хлеб посмотреть боишься, – продолжал повар. – По какой причине фобию приобрела?

– Ну, просто так, – растерялась девушка, – сейчас все жир теряют, чем я хуже.

– Тебе скоро придется с кирпичами в карманах ходить, чтобы ветром не унесло, – фыркнул повар, – знаю я, откуда идея огурцы жевать приплыла. Мать тебе с детства внушала: «Ты толстуха, перестань жрать конфеты, иначе никогда семью не заведешь». Так?

– Ну, было, – призналась официантка.