Третий

— Приложи, — сказала она в мой адрес.

Я приложил. Мне самому было интересно. Капитан долго смотрел на планшет в ожидании результата. В итоге планшет выдал, что моих данных нет ни в одной базе данных.

— Что и требовалось доказать. Он не пират и не ваш гражданин.

— То, что его нет в базе по пиратам, не означает, что он не пират.

— Тогда почему его нет в базе?

— Не успели внести, но мы исправим этот момент.

— У тебя ничего нет на него, капитан, и нет никаких доказательств его участия в пиратстве.

— Видимо, ты можешь нам рассказать, как оказался на этой станции? — обратился капитан ко мне.

— Не могу, — промычал в ответ.

— Что он сказал? Я не понял? — обратился он к Лане.

— Он не говорит, капитан. Он немой, — пояснила она.

— Но нас понимает?

— Понимает, не всё, конечно.

— Вот даже как. Значит, дикий.

— А я тебе сразу это сказала. Мало того, он ничего не помнит о себе. Даже имени своего не знает.

— Диких хватает среди пиратов и их нет в нашей базе.

— Он не пират и у него нет нейросети.

— Это я заметил. Он может быть их разведчиком.

— Если ты намекаешь на нейросканирование, то даже не мечтай, я не дам согласие на это.

— Осталось только выяснить, есть ли у вас полномочия для этого.

— Есть!

— Но для этого нужно выяснить вашу личность.

— Ты сомневаешься в том, что я принадлежу к расе креатов?

— В этом не сомневаюсь, но не каждый креат имеет такие полномочия. А только прошедший соответствующее обучение.

— Вот контакт главы школы телохранителей, которую я закончила. Он подтвердит мои полномочия.

Неожиданно капитан встал и вышел в соседнее помещение. Сам я только одним ухом слышал, о чём они разговаривали. Меня больше взволновало, что меня не было ни в одной из баз. С одной стороны, хорошо, что я не пират, а с другой — кто я? Нет у них никаких данных на меня. Как я мог прожить много лет и на меня не было никаких данных у них? Как оказался в этом агрегате? Может, это инкубатор, где выращивают таких, как я? Это что, я три дня назад родился?

— Не переживай, Отпуск, нет у них ничего на тебя. Это абордажники специально оговорили тебя. Злость они так вымещают.

— Я не понимаю, — промычал в ответ.

— Не понимаю, я тебя. Потом объяснишь.

Вскоре вернулся задумчивый капитан и посмотрел на меня.

— Вам подтвердили мои полномочия?

— Да, подтвердили, а также контракт с аграфами на охрану. Алайна, вы слышите меня?

— Лана. Мне так привычнее.

— Хорошо, Лана. Вы были телохранителем этого аграфа, — он ждал, что она ему подскажет имя, но Лана молчала. — Я правильно понял?

— Правильно.

— Он погиб, насколько мне известно.

— Не погиб, но я не собираюсь это обсуждать.

— Почему? Я хотел только спросить, что произошло?

— Вы можете поговорить об этом с главой школы. Я не собираюсь обсуждать это с вами.

— Почему?

— Запрещено по условиям контракта.