Третий олень для эльфа. Наши в академии магии

Вот только возможности туда добраться уже не было…

- Все так, сарджис. Все так, - кивнул оракул. – Магией наделяет своих детей сам мир, в котором они существуют. Вы же чужаки, и магия вашего народа иная, не такая, как у нас.

- Тогда вам должно быть ясно, что мы гибнем и вырождаемся, теряя былое величие. У нас нет выбора, кроме как любым способом идти до конца, - произнес Ортс. – Отдайте ключ и дневники или умрите!

- Сарджис… - эльф произнес это медленно, лениво, но так, что даже у драконов на поляне чешуя встала дыбом. – Не важно, каковы причины вынуждали вас напасть на одинокого ученого. Важно, что ваши люди стали причиной его смерти. Я не могу простить вам этого, ибо имею личные причины и собираюсь мстить за гибель отца своей жены.

- Это ваше право, лорд Амон, - склонил голову целитель. – Сколько жизней орков вы возьмете за жизнь вашего родича? Мы готовы рассмотреть любое предложение. Сто? Двести? Тысячу? Несмотря на нашу небольшую численность, любой воин умрет с честью, чтобы дать другим шанс на существование. Я бы предложил себя, но без магии моему народу не выжить в мире, от которого мы отвыкли. Итак, сколько?

- Я возьму всех… - выдохнул эльф.

Оракул ахнул. Над долиной повисла тяжелая зловещая тишина. А я… Я любила отца, оплакивала его в душе, но не хотела жертв. Я не хотела, чтобы муж стал убийцей, не хотела стать причиной жестокой расправы.

- Что ж, берите всех, потому что без дома мы все, по сути, давно мертвы, - ответил сарджис, а орки… Они побросали оружие в снег и склонили головы. Все! Даже дети.

Эльф вздрогнул. Одно дело победить врага в честном бою, и совсем другое – забирать жизни у покорных, готовых на все, совершенно отчаявшихся. И во мне все взбунтовалось против этого.

Друл поцеловал меня в макушку и шагнул вперед.

- Стой! – мой крик был похож на стон, потому что меня переполняла боль утраты, горечь и обида, но я не желала никому смерти. – Стой, пожалуйста…

- Дракончик?.. – Салмелдир смотрел на меня совершенно непонимающим взглядом, для себя он давно все решил. – Ты разве не слышала? Им нужен ключ, любимая. А ключ я им не отдам, даже если мое имя проклянут в веках, слышишь? Я никому и никогда его не отдам!

Мой ушастый… Гадский-прегадский эльф… Вредный, невыносимый, родной, необходимый и самый любимый. Не отдавай! Да я и сама не отдамся, даже если прогонишь. Прикипела, приклеилась намертво. Теперь не разделить.

- Им не нужен ключ, Друл. Они просто хотят уйти домой. Отца не вернуть, и ты был прав, когда говорил, что память и любовь в наших сердцах делает его живым. Но мы должны попробовать помочь оркам вернуться в их мир! Пожалуйста…

- Что ты предлагаешь, дракончик? – он вернулся и заглянул в мои глаза, пытливо, внимательно, бесконечно нежно.

- Формула отца. Нужно освободить мой дар.