Третий не лишний

"

"– Так что там с рестораном? На работу тебя зовет?

– Я пока не знаю, сама не поняла ничего. Попросил завтра приехать, чтобы обсудить все на месте.

– Поедешь? – спрашивает после секундной паузы.

– Поеду.

Глава 25

Филипп.

– Я по голосу слышу, что разбудила тебя, – бодро смеется в трубку мама.

– Есть немного…

Бросаю взгляд через плечо на спящую Соню и, спустив ноги с кровати, поднимаю с пола трусы.

– Поздно лег?

– В три, – понижаю голос и, поднявшись, тихо выхожу из комнаты, – у тебя нормально все?

– Да, отец твой звонил вчера… В Питер собирается на следующей неделе. Ты знал?

– Знал.

– Ммм… мне забыл сказать?

Они развелись десять лет назад. У отца новая жена в Германии, мама пока одна и, наверное, болезненно это все воспринимает. Может, любит еще, а может, не простила, что тот все-таки дал ей развод.

– Не хотел раньше времени тебя тревожить.

– Ой, какой заботливый сын у меня вырос, – проговаривает со смехом, – ладно, расслабься, переживем.

Моя мать искусствовед, уже двадцать лет преподает в Питерском вузе и на данный момент возглавляет кафедру искусствоведения. С отцом, Стефаном Эйне, познакомились в том же институте еще будучи студентами, только учился он на востоковеда.

Поженились, когда мама забеременела мной. Рассказывает, что поначалу жили хорошо, а потом чувства ушли.

Отец только наполовину немец, но немецкого в нем всегда было больше, чем русского. Мама же напротив, истинная петербурженка, патриот своей Родины, поэтому, когда отец всерьез заговорил о том, чтобы насовсем перебраться в Германию, семья распалась окончательно.

– Как дела у тебя? Что с рестораном? Получается?..

– Нормально вроде, – встаю у окна и, отодвинув занавеску, наблюдаю, как по стеклу растекаются капли дождя, – из графика не выбиваемся.

– Я посмотрела материалы по сайту, мне все нравится, но я бы немного фон изменила и некоторые фото блюд…

Она у меня перфекционист до мозга костей. Безукоризненным должно быть все, начиная от стопок полотенец в шкафу ее ванной и заканчивая сайтом моего, еще не открывшегося, ресторана.

– Сделай пометки, исправим.

– Хорошо. По поводу посуды – она немецкая?

– Да, отец поставщика посоветовал, – отвечаю, примерно представляя мамину реакцию на это.

– Кхм… Так и думала. Просто наш Императорский фарфоровый завод производит ничуть не хуже…

– Неоправданно высокие цены, мам. Я рассматривал этот вариант.

– Ясно, – вздыхает она, – тебе виднее, Филипп. Делай, как знаешь…

– У тебя дела как?

– Хорошо все. К конференции готовлюсь. В феврале в Москву прилечу.

– Ладно.

– У Сонечки как дела? Ты с ней видишься? – добирается мама до главного.

– Да, вижусь. Все нормально у нее.

– Да?.. – смеется довольно, – и как часто видитесь?..

Хмыкнув в трубку, окидываю взглядом кухню Сониной квартиры.