Третий не лишний

Закрыв глаза и уронив голову назад, чувствую, как трогает меня через ластовицу хлопковых трусов и под мой глухой стон давит пальцами в самый центр.

– Ты возбудилась? – спрашивает тихо, и я, распахнув глаза, увязаю в его темном омуте.

Понимает же, что да. Белье насквозь мокрое, и тело плавится и извивается под его руками. Но требует от меня еще и устного признания.

Безоговорочной капитуляции.

– А ты?..

– Хочешь проверить? – спрашивает абсолютно серьезно.

Снова подается ко мне, нависает так, что между нашими лицами остается всего сантиметров пять и, обхватив мое запястье, тянет руку к своему паху. Я и опомниться не успеваю, как ладонь моя оказывается прижатой к скрытому трико каменному члену.

Господи…

Приоткрыв губы, поднимаю голову, прошу ободряющего поцелуя и, получив его, самостоятельно сжимаю пальцы на его стволе.

Филипп тут же толкается бедрами, и тогда я решаюсь на большее. Оттягиваю резинку штанов, затем резинку боксеров, и ныряю рукой прямиком туда.

– Убедилась? – выдыхает в губы.

– Угу…

Обхватываю, сжимаю покрепче до ощущения пульсации и мелкого подрагивания. Веду ладонью вверх, а потом вниз до самой мошонки. Касаюсь ее кончиками пальцев и повторяю движение.

Эйне при этом смотрит мне в глаза. Лицо неподвижно, как обычно, но я уже знаю, что там, за маской невозмутимости скрывается вулкан. Лаская, провоцирую его.

И он не выдерживает.

Откатившись набок, быстро избавляется от всей одежды, вынимает откуда-то презерватив. Вскрыв пакетик, раскатывает его по члену и возвращается в прежнюю позицию.

Только инициативы мне больше не дает. Зафиксировав обе мои руки над головой, он расталкивает мои бедра коленом и сдвигает ластовицу трусов в сторону. Промежность тут же обдает жаром. И без того набухшие складки наливаются кровью еще больше, низ живота тяжелеет.

Я упираюсь пятками в матрас и чувствую его пальцы. Подразнив легким касанием, углубляет их и растирает влагу по лепестками. Ощущения настолько острые, что инстинктивно я пытаюсь оградить себя от них. Дернувшись, хочу увернуться, но Фил, коротко рыкнув, вгоняет в меня пальцы до упора. Насаживает на свою руку и едва не сдвигает меня вверх, к изголовью кровати.

Я взвизгиваю и оказываюсь обездвиженной его телом. Напор снизу ослабевает. Зафиксировав меня, он продолжает двигать пальцами, ласкает, растягивает меня изнутри, не позволяя свести бедра.

– Темыч сказал, ты язык любишь… – проговаривает негромко, в самое ухо.

– Что?.. – не сразу доходит, – он что… он…

– Я этим не занимаюсь, предупреждаю сразу…

– Я не просила.

– Со мной ты без языка кончаешь.

Прежде, чем я успеваю ответить, он вынимает пальцы и толкается в меня сразу на всю длину. Обнимаю его руками и закидываю ноги на поясницу.