Третий глаз-алмаз

Я вынула телефон, набрала 02 и стала слушать бесконечные гудки. На двадцатом из аппарата понеслось частое пиканье. Я повторила попытку раз, другой, третий, потом обозлилась. Вот здорово, все операторы заняты, а если сейчас ко мне приближается громила с ножом? Без шансов быстро получить помощь от милиции! Между прочим, почти во всех американских детективных сериалах есть такая сцена: человек просыпается в своей спальне на втором этаже, слышит шум на первом, набирает «911», мгновенно слышит ответ, заявляет о грабителе, тут дверная ручка медленно поворачивается, дверь распахивается, появляется черная фигура, но… Со двора доносится громкий рев сирены – это примчались американские полицейские, горящие желанием спасти законопослушного налогоплательщика! Интересно, это преувеличение киношников или в США и впрямь столь замечательно работает служба спасения?

Глава 11

– Милиция, говорите, – сухо произнес женский голос.

– Здравствуйте, я проживаю на Бромской улице, дом шесть, в какое отделение могу обратиться?

– Что случилось?

– У нас было совершено убийство, а я вспомнила…

– Соединяю, – перебила меня оператор, и через секунду я услышала грубый мужской голос: – Дежурный Ермаков слушает.

– Здравствуйте! С кем можно побеседовать о происшествии на Бромской, в доме шесть, в квартире шесть?

– Что у вас?

– Убили соседку.

– Имя, фамилия.

– Светлана Лукашина.

– Отчество? Прописка постоянная?

– Не знаю! – растерялась я.

– Не волнуйтесь, гражданка, – неожиданно приветливо сказал Ермаков, – ничего там не трогайте, не цапайте, лучше ваще выйдите и стойте на лестнице тихо…

– Ее убили вчера, милиция уже приезжала!

– Так в чем дело?

– Я свидетель, хочу дать показания.

– Ясненько, – перебил меня дежурный, – вас непременно вызовут.

– Мне надо сегодня! Скажите, к кому подойти.

– Ща, – протянул Ермаков, зашелестел бумагами, потом глухо сказал: – Слышь, Петь, тута свидетельница трезвонит. По Бромской, куда? Ясно. Гражданочка!

– Я здесь.

– Вам надо к Петру Сергеевичу Комарову, кабинет пятнадцать.

– Уже лечу, скажите ваш адрес.

– Третий микрорайон, корпус восемь, – отрапортовал дежурный.

Комарову на первый взгляд было лет сто. Его маленькие глазки прятались в опухших веках, щеки оплывали вниз, а количество подбородков было невозможно сосчитать: с каждым движением Петра Сергеевича число складок под нижней челюстью изменялось.

– Садитесь, гражданочка, – прохрипел он, – чего стряслось?

Я обворожительно улыбнулась.

– Разрешите представиться, Дарья Васильева, продюсер, работаю на телевидении.

В глазах Комарова мелькнула тень беспокойства.

– Жалобу кто-то накатал? – нервно спросил он.

– Нет, нет, – успокоила я пожилого капитана.