Третий глаз-алмаз

– Ольга – Зайка! Не кто иной! Зайка!

– Йес, хозяйка!

– Птички едят семечки!

– Йес, хозяйка, – уныло твердил Амара, – йес!

Глава 22

Минут через сорок я спустилась в столовую, нашла там Сашу, которая допивала кофе.

– Как тебе спалось? – спросила я.

– Шикарно, – улыбнулась она.

– Все нормально?

– Супер. А что мне сегодня делать? – внезапно поинтересовалась Саша.

Я испугалась, надеюсь, будущая поп-звезда не ждет, что я буду ее развлекать?

– Сходи в Третьяковскую галерею, – посоветовала я.

– Зачем? – искренне поразилась Саша.

– Картинами полюбуешься.

– То есть я вам не нужна? Может, помочь чем? – предложила Саша.

– Спасибо, у нас уже есть один помощничек, – улыбнулась я, – Амара! Правда, он не особо понятливый, но вернется Ирина, и наша жизнь устаканится.

– Ясно, – с некоторым удивлением протянула Саша, – вообще-то мне хочется в город съездить и без дела пошляться. У меня прямо отпуск получается. Так здорово я давно не отдыхала.

– Если поторопишься, Аркашка возьмет тебя с собой, а когда захочешь назад, позвони мне.

– Я на маршрутку сяду, – смутилась Саша, – это очень удобно!

– Делай как хочешь, – не стала я настаивать на своем.

Никогда не надо насильно делать человеку хорошо. Вероятно, Саша ощущает дискомфорт, очутившись в чужом доме, ей не по себе, кажется, что стеснила хозяев.

– Дорогая, – решила я приободрить девушку, – у нас огромный дом, и один человек не является обузой. Поэтому чувствуй себя свободно.

– Поняла, – кивнула девушка. – Вот только…

– Что? – улыбнулась я.

– Ну, – замялась Саша, – деньги… я…

– Пустяки, – улыбнулась я, – сколько тебе надо?"

"Когда Саша, снабженная энной суммой, ушла, я поднялась на второй этаж, постучалась в комнату к Дегтяреву, приоткрыла дверь и увидела полковника с телефонной трубкой в руке.

– Понял, хорошо, постараюсь, – отрывисто говорил он. – Что тебе?

Последний вопрос адресовался мне.

– Наверное, надо узнать все связи Владимира Мерзкого, выяснить имена его друзей, приятелей, коллег по работе, – зачастила я, – вероятно, он имеет дачу…

Александр Михайлович открыл шкаф, вытащил пиджак, встряхнул его и сказал:

– Бригада работала всю ночь, девочку ищут. Владимир Мерзкий был журналистом, ни в одном издании в штате не состоял, просто приносил критические статьи о литературе, делал обзоры новых книг. И отовсюду был изгнан за конфликтный характер. Мерзкий нетерпим к чужому успеху, патологически завистлив, считает себя гением. Лет пять назад он прекратил корреспондентскую деятельность, переквалифицировался в писатели, наваял роман и принес его в издательство. Рукопись читал редактор Семен Фурс, она ему не понравилась, и Семен отправил Владимиру стандартный отказ: «Ваша книга не представляет для нас интереса».