Третий Генерал: Том VIII

Это не значит, что я не умел их проворачивать, однако хитрость я ценил лишь единственную — военную. Показать себя и завоевать славу можно было на поле боя или готовясь к грядущему сражению. Всё остальное же можно было оставить на тех, кто готов договариваться, проворачивать самые разные трюки, в том числе грязные, ну и всё в таком духе."

"Сейчас же я учился жить по-новому. Хоть и появилось понимание, что история с Живиными не закончится слишком быстро и просто, но всё же решил придерживаться изначального плана. Пускай даже меня ещё ждёт немало битв, а всему миру придётся силой и стойкостью доказывать своё право на жизнь, всё это закончится и начнётся мирная жизнь. Все проблемы разом не решатся, придётся не раз и не два использовать свои силы и способности, но в большинстве своём крайне насыщенная на события и битвы жизнь закончится. Надо будет отложить меч в сторону и решать большую часть проблем мирными методами. Иначе сам себе буду создавать проблемы.

Ситуация с Живиными идеальная возможность не только приспособиться к новым методам решения проблем, но и наладить связи с разными родами. Вон, с Пальменом нас объединила общая проблема и по итогу эта ситуация может привести к зарождению настоящей дружбы и сотрудничества между нашими родами. Не воспользоваться таким шансом было бы большой глупостью!

К вечеру, когда гости уже давно разошлись, я поехал к поместью Пальменов, чтобы мы вместе с бароном выступили перед журналистами. И подъехав на место вижу, что поместье снаружи практически оккупировали журналисты. Ожидаемо. Как было ожидаемо то, что они также попробовали налететь на меня. Но и мой водитель молодец, даже не сбросил скорости и неспеша подъехал к воротам к поместьям, так и люди Пальмена сработали хорошо — оттеснили журналистов и позволили мне заехать на территорию. Там я уже покинул машину и встретился с бароном у самого крыльца.

— Вижу одолели тебя недруги, — улыбнулся я, пожимая Пальмену руку.

— Не то слово, налетели гиены, — поморщился мужчина. — В курсе заявлений Живина?

— Ещё бы. Мне уже тоже начали звонить с просьбой прокомментировать ситуацию, возле квартиры тоже собралось немало народа. Мне вот интересно — наш барон дурак или он сегодня слишком много перепил?

— Не знаю, дорогой брат. Но зато я точно уверен в том, что он сам себе сделал хуже, — у барона на лице появилась кровожадная улыбка. — Выступая перед прессой надо очень хорошо подбирать слова и думать, что ты говоришь. Живин сделал большую глупость наврав всем. Теперь мы его раздавим и вскоре этот род покинут столицу навсегда. Уж я постараюсь обеспечить, чтобы мои дети и внуки не допустили их возвращения.

Ух ты, а Пальмен реально завёлся, вон как его задела вся эта ситуация. Хотя его можно понять.