Третье правило дворянина

По двадцать пять тысяч за Давыдова, Свиридова и Ермолова, пятьдесят за Верховцева, а вот за Соколова бандит запросил целую сотню.

В целом, вся эта история должна была обойтись маркизу в весьма приличную сумму — двести двадцать пять тысяч. Унковский пил холодное пиво из запотевшего бокала и размышлял. Деньги просто громадные, так что здесь было над чем подумать.

Сумма эта у него была, но все равно как-то уж слишком крепко она звучала… Двести двадцать пять тысяч… Да за такие деньги можно не то, что пятерых человек уложить — полгорода в могилу свести!

Кстати сказать, герцоги тоже хороши — сказали, что если цена вопроса ему покажется слишком большой, то могут ссудить ему без процентов немного. Вот суки! Без процентов! Да они должны вообще половину сами заплатить, учитывая, что Унковский сам этим вопросом заниматься будет!

— Гаврила Степанович, дешевле я не могу, — развел руками Крест и посмотрел на маркиза своими рыбьими глазами. — Сами понимаете, все пятеро серьезные люди. К тому же, Соколов вообще из весьма известного древнего рода. Молодой Владимир Михайлович недавно от Императора собственное владение получил… Выходит, на виду сейчас парень, а вы просите сбросить половину… Разве это справедливо? Сами понимаете — хороший труд должен справедливо оплачиваться

— Двести двадцать пять тысяч это в два раза больше, чем я планировал за них заплатить, — ответил маркиз и рыгнул.

— Если хотите, мы можем остановиться только на Соколове, — пожал плечами Крест. — Собственно, зачем вам все пятеро? Лишняя трата денег на мой взгляд.

— Нет, все! Я хочу, чтобы все! — скрипнул зубами Унковский. — Я не хочу, чтобы потом кто-то другой их нанял! Пусть мою фамилию запомнят надолго!

— Тогда двести двадцать пять тысяч и будем считать, что мы договорились. Дело сложное, подготовка больших затрат потребует, поэтому меньше с вас взять никак не могу. Но если вы хотите, я могу порекомендовать вам кого-нибудь еще, — сказал Крестов и погладил себя по круглому животику, который выпирал из-под пиджака. — Правда никаких гарантий успеха дать не смогу, но зато это обойдется вам дешевле. Только вот что потом будет делать Соколов, если останется в живых и узнает, что вы его убить хотели? Кстати, это не только Владимира Михайловича касается, но и Верховцева, например…

— Он тут причем? Тоже мне большая птица!

— Какая бы ни была, а из тайной канцелярии вылетела, — гаденько улыбнулся Крест. — К тому же дворянин. Так что, при желании может неприятностей устроить немало. Поэтому все у нас одно к одному получается. Дело хлопотное, оттого и прошу за него немало. Ну а решать вам, Гаврила Степанович.

Унковский посмотрел на пол, большая часть которого была покрыта огромной медвежьей шкурой.