Трепет. Годы спустя

Это нехорошо, что я трушу?

Я качаю головой и перекладываю нарезанный томат в чашку.

- Всем бывает страшно. Ничего в этом плохого нет.

- Я не знаю, где мне лучше находиться. Мне хочется быть рядом, и в то же время пугают ее приступы. Но... я решила, что в Израиль поеду с ней, папа тебе еще не говорил?

Мы еще пока вообще ни о чем толком не говорили с Рустамом, что касается Эдие и их дочери. Но Амилии я, разумеется, об этом не сообщаю.

- Ну так вот. Я поеду с мамой и папой Майклом в Израиль. Там маме предстоит лечение на несколько месяцев. Операция, скорее всего, тоже будет там. Папа помог уладить вопрос с учебой. Мне разрешили перейти на дистанционное обучение на время, что я буду в Израиле. А папа Майкл уже нашел там учителя, который будет помогать мне разбираться со сложными темами, чтобы я не просела в учебе. Я доучиваюсь последнюю неделю здесь, и затем улетаю. Мама и папа уже там, в Израиле. Позже он прилетит за мной. Хорошо, что ты вернулась, Ян. Ты ведь навсегда вернулась? - Амилия спрашивает настороженно, кинув на меня смущенный взгляд. - Просто... я сомневалась, что ты вернешься. Боялась, что ты навсегда папу оставила, и все из-за меня. И он бы тут один был.

Я хватаю девочку за запястье, из-за чего ей приходится перестать резать овощи ножом. Она поворачивается ко мне, преминаясь с ноги на ногу, глаза опускает вниз.

- Ами, наши трудности с твоим папой - это в первую очередь, наши трудности, а не твои. И мой уход случился из-за того, что мне было очень плохо какое-то время, но это вовсе не значит, что я стала тебя ненавидеть. Не хочу, чтобы ты так думала. И я вернулась навсегда. Больше я твоего папу не оставлю, поэтому ты можешь спокойно отправляться к маме и помогать ей там. И к нам можешь потом приезжать, как только появиться возможность. Мы тоже будем к вам прилетать в Израиль. Ладно?

Амилия кивает, шмыгнув носом, а потом неожиданно обнимает меня.

- Спасибо тебе, Яна.

Сердце бешено колотится от резкого прилива теплоты и нежности. Сейчас, когда Амилия прижимается ко мне, я будто бы ощущаю все ее тревоги и страхи, переживания и обиды. Мне больше не хочется ругаться, злиться, вспоминать плохое. Плохого достаточно случилось, пусть теперь все будет хорошо. Пусть сегодня начнется новая жизнь для нас для всех. Мне хочется верить, что Эдие поправит здоровье, что Амилия станет более взрослой, хотя она, кажется, уже такой становится, и что у нас с Рустамом больше не будет разногласий. Наша любовь заслуживает того, чтобы жить, потому что она сильнее боли.

- Будем завтракать или мне тоже вас обнять? - звучит шутливый голос мужа со стороны двери.

Мы с Амилией разжимаем объятия и вместе поворачиваемся к Рустаму, который стоит в рубашке и брюках на пороге кухни, опершись плечом о косяк.