Тренинг для любовницы

— И что?

— Он мне открытым текстом объяснил, что находится в бегах, так как его обвиняют в убийстве жены, которого он якобы не совершал, но милиция почему-то думает иначе.

— Интересно, Апостол об этом знает?

— Естественно!

— Но, наверное, этот мужчина в самом деле не виноват. Не может ведь Апостол укрывать убийцу?

— Еще как может! Если получит за это хорошее вознаграждение!

— А этот Дмитрий богат?

— Был вполне обеспеченным человеком. Теперь практически все его имущество принадлежит Апостолу. А сам он находится на положении узника. Никуда выйти не решается. Та же тюрьма, только условия получше, чем на зоне.

Леся обвела взглядом открывающийся перед ними пейзаж. Сейчас подруги, ускользнув от своих провожатых, стояли на холме. Внизу протекала речка, поодаль зеленела роща. Одним словом, природа цвела и пахла.

— Пожалуй, в таких условиях и я бы согласилась срок отмотать, — задумчиво пробормотала Леся.

Кира только рукой на нее махнула.

— Не о том речь! Этот Дмитрий, вероятно, все же убийца. А то, что он мелет о своей невиновности, обычный треп. Ни один вор не сознается, что хотел украсть. Ни один преступник не признается, что готовил преступление. Скажет, случайно, мол, получилось. Случайно отмычки подобрал, случайно дверь ими вскрыл, случайно человека убил. Все у них случайно.

— Но…

— Ты лучше слушай, что я про второго Дмитрия узнала!

— Про моего?

— Про того, с которым ты битых полчаса чуть ли не за ручку гуляла, а подноготную его выведать так и не удосужилась! И о чем только вы болтали?

— Мы беседовали на духовные темы. И мне мой Дмитрий показался весьма глубоким и начитанным молодым человеком.

— Только твоего глубоководного бросила любимая девушка, и он прячется тут на дне от искушения.

— Какого искушения?

— Тебе еще не понятно? — мрачно поинтересовалась у подруги Кира.

— Нет.

— Он боится, что если встретит ее, то не удержится и сделает с ней что-то нехорошее.

— Убьет? — затаив дыхание, спросила Леся.

Кира кивнула. Вид у нее был совсем мрачный. Ведь выходило, что все три Мити были с явными отклонениями. Первый — брат Апостола — был явно истеричный и склонный к экзальтации типус. Второй — угробил жену, ведь дыма без огня не бывает. И, наконец, третий ненавидел бросившую его невесту и вполне мог спроецировать свою ненависть на любую женщину, вставшую на путь предательства. А в том, что Алену в общине считали предательницей, сомневаться не приходилось.

Вот и получалось, что как минимум два последних Дмитрия имели подходящее прошлое. То есть им было чего опасаться и что скрывать. А потому к личным чувствам мог добавиться и еще один веский повод для убийства. Оба могли хотеть заставить замолчать мерзавку навеки.