Тренинг для любовницы

Нос покраснел и распух. А когда к тому же еще и поднялась температура, девушка поняла: нужно срочно спасаться.

— Да, выглядишь ты неважно, — констатировала Кира, вызванная в качестве независимого медицинского эксперта. — Но где гарантия, что за городом тебе станет лучше?

В ответ Леся душераздирающе чихнула и простонала:

— Где угодно, но только не тут! Мне кажется, я умираю!

— А что говорят врачи? Вдруг это обычная простуда?

Леся помотала головой и снова чихнула.

— Когда я сижу дома, то все ничего. Еще сегодня утром я встала бодрая и веселая. А сейчас вышла в магазин за твоим любимым тортиком и… и… и… Ап-чхи! Вот видишь?

— Будь здорова!

Леся кивнула.

— Буду, буду! — и шмыгнув носом, просипела: — Вышла на несколько минуточек и… и… и… ап-чхи! Хочешь тортика?

— Спрашиваешь! — оживилась Кира. — С шоколадным кремом, орехами и безе?

— Да, твой любимый. Без бисквита.

— Обожаю! Давай-ка сюда!

И подруги плавно переместились на кухню. Леся приняла таблетку. И к тому времени, когда закипел чайник, нос ее приобрел почти нормальные размеры, форму и окраску.

— Но не могу же я постоянно глотать химию, — сказала она жалобно, выкладывая почти треть торта на тарелку Киры. — Мне нужно уехать из города. Хотя бы на время.

Кира с одобрением следила за действиями подруги.

— И куда ты хочешь поехать? — проглотив первый кусочек, осведомилась она.

— За город!

— Я понимаю, но куда именно? В санаторий, пансионат, дом отдыха?

Леся пожала плечами.

— Мне все равно. Лишь бы там под ногами не валялась эта гадость.

— Но надолго мы с тобой уехать тоже не можем, — напомнила ей Кира. — Туристический сезон набирает обороты. И скоро у нас в фирме будет куча дел. Одна Катюшка не справится.

— Вот поэтому-то я и тороплюсь. А насчет сроков… Ну что же, чтобы прийти в себя, думаю, мне хватит и двух-трех дней.

Этот разговор происходил во вторник. А уже в среду подругам позвонила еще одна их не слишком близкая, но все же подруга — Ласка. На самом деле девушку звали Всеславой. Родители Ласки были историками и потому назвали свою единственную дочурку на древнеславянский манер. Сама Ласка от своего имени была отнюдь не в восторге. И с самого раннего детства всячески пыталась его изменить. Она была Славкой, Веськой и даже Васькой."

"В третьем классе Всеслава перешла в другую школу. И тут с легкой руки и длинного языка главного заводилы и хохмача Генки Шута она и стала Лаской.

И в самом деле девочка походила на этого зверька — гибкая и подвижная, да и личико у Ласки было маленькое, близко посаженные глазки хищно поблескивали. Особенно когда выросшая Ласка предвкушала возможность заработать или познакомиться с симпатичным и небедным мужчиной. В общем-то Ласку нельзя было назвать красавицей. Да и характер у нее был неважный.