Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро

Внимание Пуаро привлекла наклейка, на которой было напечатано: «Господа Паркинсоны, известные театральные костюмеры» и адрес — Кавендиш (инициал непонятен), эсквайр, Стайлз-Корт, Стайлз-Сент-Мэри, Эссекс.

— Это может быть «T» или «L», — сказал я, старательно изучив буквы, — но, конечно, не «Q».

— Хорошо, — подтвердил Пуаро, сворачивая бумагу. — Я согласен с вами, что это «L».

— Откуда это? — полюбопытствовал я. — Важная находка?

— Не очень. Однако она подтверждает мое предположение. Я подозревал о ее существовании и направил мисс Ховард на поиски. Как видите, они оказались успешными.

— Что она имела в виду, говоря: «Наверху платяного шкафа»?

— Хотела сказать, что нашла его именно там, — пояснил Пуаро.

— Странное место для куска оберточной бумаги, — задумчиво произнес я.

— Ничуть. Верх платяного шкафа — отличное место для хранения оберточной бумаги и картонных коробок. Я сам постоянно держу их там. Аккуратно уложенные, они не раздражают глаз.

— Пуаро, — серьезно спросил я, — вы уже пришли к какому-нибудь выводу по поводу этого преступления?

— Да… Я хочу сказать, что знаю, кто его совершил.

Взволнованная Доркас поспешно вышла из буфетной.

— Дорогая Доркас, у меня появилась идея… маленькая идея… Если она окажется верной — какой чудесный шанс! Скажите, в понедельник, не во вторник, Доркас, а именно в понедельник, за день до трагедии, не случилось ли чего с колокольчиком в спальне миссис Инглторп?

— Да, сэр, теперь, когда вы напомнили… И правда случилось… Хотя ума не приложу, как вы про это узнали. Должно быть, мыши перегрызли проволочку. Во вторник утром пришел человек и все исправил.

С восторженным возгласом Пуаро схватил меня за руку и потянул в комнату.

— Видите, не нужно искать внешних доказательств… Нет! Достаточно сообразительности. Однако плоть человеческая слаба… Оказавшись на верном пути, испытываешь истинное удовольствие! Ах, друг мой, я словно заново родился! Я бегу! Скачу! — Он и правда выскочил из дома и побежал, подпрыгивая, по краю лужайки.

— Что случилось с вашим знаменитым другом? — послышался голос за моей спиной. Я повернулся и увидел Мэри Кавендиш. Она улыбалась, и я тоже улыбнулся в ответ. — В чем дело?

— Сказать по правде, я и сам не знаю. Пуаро задал Доркас несколько вопросов о колокольчике в спальне миссис Инглторп и пришел в такой восторг от ее ответа, что стал дурачиться. Вы сами видели!

— Как странно! Посмотрите, он выходит из калитки. Значит, сегодня больше не вернется?

— Право, не знаю. Я давно отказался от попыток угадать, что он сделает дальше.

— Скажите, мистер Гастингс, ваш друг немного не в себе?

В то утро, несмотря на смех, Мэри была задумчива. Она выглядела серьезной и даже чуть грустной.