Трёхлунная ночь

 – Мы придумаем, как делать свитки, которые можно читать, не видя… а пока я сама тебе прочитаю – всё-всё, что найдётся! Я же всегда рядом.

При виде его смущённой благодарной улыбки Солнышко вновь ощутила укол вины.

Трудный разговор у них всё-таки состоялся, почти сразу по возвращении в дождевой лес. Застав ночного дракончика отдыхающим на площадке из листьев, Солнышко прилегла сбоку и подождала, пока он проснётся.

– Прости меня, Звездокрыл, – начала она, и было сразу ясно, за что.

– Да, конечно. – Он отвернулся.

– Я просто… нет, я люблю тебя, но…

– Как брата. Я понимаю.

Помолчав, она продолжила:

– Не так, как любит тебя Вещунья.

Смущённо кашлянув, он спрятал голову.

– И хорошо, что ты тоже любишь её… так и надо. Ты ей очень дорог… и она весёлая.

Звездокрыл молчал.

– А я тебе кое-что принесла. – Он навострил уши на шорох разворачиваемого свитка. – Помнишь «Сказания о ночных драконах»? Хочешь послушать?

Только теперь он улыбнулся.

– Да, конечно! Теперь, когда мы знаем, что там всё выдумано, они будут читаться совсем иначе."

"Теперь, стоя на вершине горы, Солнышко была – ну, почти – уверена, что у неё со Звездокрылом всё будет нормально. Он найдёт себя в преподавании, для этого не обязательны глаза, а летал ночной дракончик с каждым днём всё увереннее. Конечно, если у неё появится кто-то… всерьёз, неловкость опять может возникнуть. Но у него есть Вещунья, так что ничего страшного.

– Думаете, получится? – Цунами взволнованно вышагивала по скале. – Школа для драконят из всех племён – в Пиррии никогда не слыхали ни о чём подобном! Королевы могут не захотеть, чтобы их подданные «понимали друг друга лучше». Вдруг никто не явится вообще?

– Явятся непременно! – заверила Солнышко. – Не нам одним надоели вечные войны, а это самый надёжный способ их избежать. Когда разные драконята растут вместе, они сами видят, сколько у них общего. Тогда их будет не так просто заставить убивать друг друга.

– Вместе – как мы, – вставил Глин с улыбкой.

– Ну, разве что попадётся кто-то вроде Цунами, – пошутила Ореола. – Нашу морскую как манго ни корми, ей всё равно захочется кого-нибудь убить.

Морская принцесса зарычала и шлёпнула подругу хвостом.

– Эй, там! – донёсся с неба крик Потрошителя. – Кто посмел тронуть её величество?

– Вот! – гордо ухмыльнулась Ореола. – Я королева, прошу не забывать.

– Одна из королев, – поправила Цунами. – Пускай радужные с ночными сколько хотят увиваются вокруг твоего хвоста, но из меня ты подданную не сделаешь! А тебя, несчастный воздыхатель, – повернулась она к ночному, который опустился на скалу рядом, – я, если захочу, сброшу с этой горы в два счёта!

– Ну вот – что и требовалось доказать, – хмыкнула Ореола, уворачиваясь от нового шлепка.