Трёхлунная ночь

Беспокойнее всех оказался кошмар у одного из братьев, так что поговорить не удалось, зато остальные охотно выслушали. Все как один заявили, что решения принимает только Хранительница, однако было ясно: она скорее прислушается к голосу родных, чем к любым другим советам. Может, и убедят в конце концов.

Возвращаясь через лагерь мимо спящих у костров солдат, Солнышко вдруг тронула Глина крылом, останавливая.

– Давай поработаем ещё, – шепнула она. – Не со всеми, конечно, но… если пройдёт слух об откровениях во сне, это поможет.

Земляной дракончик вздохнул.

– Ты же совсем вымоталась… как будто сама неделю не спала.

В самом деле, летать за последнее время пришлось непривычно много и больше всего сейчас хотелось прикорнуть под крылом у Глина и закрыть глаза на целый месяц. Только куда же денешься?

– Ничего, справлюсь, – заверила она.

– Я тоже попробую. – Он протянул лапу за магическим камнем. – А ты пока отдохни.

Они выбирали спящих наугад, останавливались в тени неподалёку и осторожно заглядывали в их сны. Чаще всего попадались кошмары – по всему лагерю одно и то же. Тем не менее иногда всё-таки удавалось обратить на себя внимание, и тогда Солнышко кратко объясняла, что война почти окончена и убивать больше не нужно. Поход в Ледяное королевство не состоится, но помочь должен каждый, передавая эти слова другим.

К земляным драконятам они вернулись перед рассветом, когда ночная тьма уже начинала рассеиваться. Торф, Стерх и крошка Охр крепко спали, сплетясь хвостами и крыльями, но Фазан и Камыш сидели у тлеющего костра в нетерпеливом ожидании.

– Мы сделали что могли, – шёпотом доложил Глин, пожимая брату и сестре лапы. – Надеюсь, скоро вы получите совсем другой приказ.

– А нам пора, – добавила Солнышко, – не то заметят ещё.

– Хотите полететь с нами? – спросил Глин.

Камыш со вздохом посмотрел на спящих.

– Нет, – покачал он головой. – То есть, конечно, хотим, но мы верны королеве и не хотим стать дезертирами. С удовольствием отправил бы с вами Охра или Торфа, но разве они нас бросят? Мы всегда вместе, так уж заведено.

– Извини, – потупился Глин. – Я бы тоже хотел остаться. Мало ли, вдруг всё-таки придётся воевать… чтобы вместе.

– Нам тебя очень не хватает, – кивнул брат.

Фазан молча покачала головой и принялась расталкивать остальных, чтобы они попрощались с Глином.

– Ничего, скоро увидимся! – бодро произнесла Солнышко, хотя и сама могла лишь надеяться.

– Берегите себя, – сказал Глин. – Я рад, что у вас есть Камыш.

Ещё раз обняв напоследок брата, он поспешил следом за Солнышком прочь из лагеря. Взлетать они пока не решались, чтобы не привлечь внимание часовых. От бессонной ночи болели глаза, крылья налились тяжестью.