Требуется влюбленное сердце

Часть 2

Дарья

Смешон орущий в ярости, но страшен молчащий в обиде.

Хань Сян-цзыИногда какое-то незначительное событие оказывается судьбоносным. Я никогда прежде об этом не задумывалась, хотя выяснилось, что подобных событий в моей жизни вполне достаточно. Взять хотя бы злополучную поездку в Прагу год назад, с которой все и началось. Имей я возможность отказаться – и кто знает, как бы развивалась наша жизнь дальше, кто был бы жив, кто показал бы свое истинное лицо… Но уже ничего не изменить, все сложилось так, как сложилось, и повлиять на это я не могу. Мне остается только вспоминать и перебирать в памяти моменты, в которые я была так отчаянно, так бессовестно счастлива, что это оказалось для кого-то непереносимо.

«Эх, все-таки Витька у меня – самый лучший».

Это было первое, что пришло мне в голову, когда за три дня до отъезда я держала в руках пухлый конверт с билетами и бронью на отели. Кому из мужей придет в голову отправить свою жену праздновать день рождения за границу, да еще оплатить дорогу ее подругам, а?

Ни Ирка, ни Лера, ни, тем более, Соля не верили в это до последнего, до того самого момента, когда мы вчетвером оказались в аэропорту и прошли паспортный контроль. Когда кутерьма с ремнями, обувью и проходом через металлоискатель закончилась и мы ввалились в накопитель, Соля, поправляя прическу, изрекла:

– Н-да уж, Дашка… А Витюша твой отмочи-и-ил… Не боится, что уведут тебя какие-нибудь столичные красавцы или пражские – как вариант, а?

Этот намек я привычно пропустила между ушей – Соля до сих пор припоминает мне победу на городском конкурсе красоты, в котором мы с ней участвовали вместе. Я пошла туда исключительно для того, чтобы поддержать ее, а вышло так, что подруга моя оказалась за бортом даже полуфинала, а я…

Вообще-то полное имя Соли Соледад. Но она, по понятным причинам, в детстве терпеть не могла это имя – в сочетании с фамилией Матюшкина это, согласитесь, как-то чересчур. Но мать Соли работала переводчиком и бредила Испанией, а потому сочла вполне уместным назвать единственную дочь этим хоть и красивым, но все же вычурным именем. С самого детства Соля страдала от насмешек: дети жестоки и моментально находят друг у друга уязвимое место. Фасоль и Солянка – самые безобидные из прозвищ, приклеенных Соле одноклассниками на все одиннадцать лет учебы. Она вздергивала подбородок и старалась не обращать внимания, и только мы трое знали, как сильно она ненавидит свое имя и как мечтает сменить его на что-то более благозвучное и привычное русскому слуху. Однако при получении паспорта Соля вдруг передумала.

– В конце концов, мама меня так назвала, и в гробу я видела всех этих шутников! – заявила она нам перед дверями паспортного стола.