Требуется секретарь. Интим не предлагать! (СИ)

 — Мне, наверное, надо идти.

— Мгм? — его губы поглаживают запястье, и я изо всех сил сжимаю ноги, потому что… потому что!

Никогда ещё я не заводилась вот так, с пол-оборота!

— Я же… опоздаю…

О, господи, вот этот хриплый кошмар — мой голос?

Глава 24

Марина

— Илья… Сергеевич? — шепчу, потому что ещё немного — и я не знаю, что я сделаю!

— Конечно, идите, — мою руку наконец отпускают, но запястье продолжает гореть, и я невольно сжимаю пальцы в кулак.

— До свидания.

— До встречи, Мари, — он опять улыбается.

Так жарко, что удивляюсь, как у нас тут окна не запотели. С трудом выкарабкиваюсь из машины и на подгибающихся ногах ползу в здание. Не успеваю подняться в кабинет, как звонит мобильный. Шеф!

— Да, Илья Сергеевич? — прокашливаюсь, чтобы убрать хрипотцу.

— Мари, мы отвлеклись, и я забыл вам сказать, — я даже по голосу слышу, как мужчина улыбается, и прислоняюсь к стене, потому что коленки трясутся. — Одной из ваших обязанностей будет выгуливать Грэя. Вы с ним подружились, он без вас скучает. На вас — утро и вечер после работы, днём его Катерина будет выводить. Если что, она подстрахует, я скину вам её номер. Надеюсь, вы мне с этим поможете?

— Конечно, я с радостью, — мне становится чуть полегче, и я улыбаюсь.

— Ну и отлично, — начальник молчит пару секунд и добавляет: — Скоро увидимся, Мари.

— Д-да, — его слова звучат ну таким обещанием, что у меня окончательно пересыхает в горле.

Шеф отключается, а я иду в кабинет и залпом выпиваю стакан холодной воды. Ещё бы парочку на голову вылить…

Сосредоточиться на работе у меня не получается от слова совсем. Всё утро в голове вертятся картинки сегодняшнего диалога и… поцелуев, так что мне то и дело приходится унимать трясущиеся руки. Когда в приёмную заглядывает Маруся, я уже в отчаянии думаю, что, может, и правда пойти голову под холодную воду подставить. Останавливает только боязнь простудиться.

— Ну что тут у тебя? — подруга, улыбаясь, усаживается в кресло для посетителей.

— Ох, Марусь, — я бросаю пытаться делать вид, что работаю, и запускаю пальцы в волосы, нещадно растрёпывая кудри.

— Мари, что стряслось? — голос звучит до того напряжённо, что я с недоумением смотрю на подругу.

— Ты чего так испугалась, ничего у меня не случилось!

— Ну ладно, — Маруся облегчённо выдыхает. — Не обижает тебя наш Илюша-богатырь?

— Да что вы все, сговорились, что ли? — вырывается у меня стон. — Папа Миша спрашивает, ты спрашиваешь, сам Муромцев обещает… — захлопываю рот, но слишком поздно.

Глаза подруги загораются любопытством.

— Что обещает?

— Эм-м, ничего, — бурчу себе под нос.

— Мари-и?

Вздыхаю и сдаюсь:

— Он спрашивал, понимаю ли я, что он никогда меня не обидит.

— Надо же, прыткий какой, — бормочет подруга непонятную фразу.