Требуется секретарь. Интим не предлагать! (СИ)

Бл…

Чуть не застонав, сжимаю голову руками и вдруг слышу лёгкие шаги, приближающиеся к кабинету. Подскакиваю, но тут распахивается дверь и на пороге встаёт Мария. Маруся. Кажется, я окончательно попал.

— Недобрый вечер, Илья Сергеевич, — голос сочится яростью, глаза мечут молнии.

— Не надо, — сразу поднимаю вверх руки. — Я и сам всё знаю!

— Знаете? — она даже тормозит, удивлённо вскидывает брови.

— Вы о чём? — хмурюсь.

— А вы о чём?

— По-моему, мы застряли, — машу ей рукой на стул и показываю всё внимание, которое сейчас могу изобразить на лице.

А после разговора с Марусей мыслей не остаётся. Только отчётливое желание кому-нибудь врезать!

И я даже знаю, кому!

Глава 35

Марина

Я так и стою, зажмурившись — глупое детское желание спрятаться от происходящего, как будто тогда ничего не случится — и у меня вырывается истерический смешок.

— У тебя что, куколка, крыша поехала? — звучит насмешливый голос, вырывающий меня из странного состояния.

— Нет, желание загадывала, — огрызаюсь и открываю глаза. — Между двумя Михаилами ведь оказалась!

Поворачиваюсь и тоскливо гляжу на человека, которому доверяла.

— Что так смотришь, девочка? — спрашивает Михаил Александрович. — Неужели разочаровал?

Смерив его взглядом, отворачиваюсь. Господи, как же мне тошно."

"— Зачем вы так? — произношу сдавленно.

— Обстоятельства сложились, — Михаил Александрович разводит руками и поворачивается к Михаилу. — Звони, сообщи, что контракт подписан.

Слизняк кивает и достаёт телефон. Быстро набирает номер, коротко говорит в трубку то, что ему велели, и расплывается в улыбке.

— Перевод будет сделан сейчас же, — поворачивается к нам.

Я судорожно вздыхаю. Деньги — всегда и во всём виноваты только деньги.

— За что? — говорю тихо, обращаясь к Михаилу Александровичу. — Почему вы так поступили со мной, с Ильёй, почему?

— Слишком твой Илья… принципиальный и негибкий.

— Вы, наверное, хотели сказать, честный и неподкупный, — смеюсь сквозь слёзы. — И он не мой!

— Ну как же не твой, — улыбается Михаил Александрович, — был бы не твой — не подписал бы это!

— А он и не подписал, — смахиваю влагу со щёк и победно смотрю на двоих напрягшихся мужчин.

— Что значит, не подписал? — оба Михаила просматривают последнюю страницу контракта, и я хвалю себя за то, что предусмотрела этот момент — там красуется официальный штамп-пустышка, что документ подписан усиленной квалифицированной электронной подписью, и всё такое прочее. А потом до меня доходит, что я идиотка! Зачем выпендривалась?! Хотела увидеть эти наглые рожи, когда они поймут, что их надули? Ой, ду-у-ура!

Тихонько отступаю назад, но слизняк-бывший тут же хватает меня за локоть.