Травница

Никогда этого не понимала: выходить на свежий после грозы воздух, чтобы давиться дымом. С другой стороны, хорошо, что в доме куревом пахнуть не будет.

Влетев на кухню, спросила:

— Андрей, где завтракаем? Тебе помочь с готовкой или разносом?

— Шурику бы отдельный поднос отнести — он отказался с нами есть, когда узнал, что у Сергея будем, — озабоченно сказал Андрей, — но этот прощелыга меня здорово выбивает из графика. Оль, порежешь эти овощи, пока сбегаю?

— Ну нет, так красиво у меня не получится. Это ведь для салата? Давай я сбегаю с подносом? Этот Шурик пока всё равно вышел покурить. Где его разместили?

— В конце коридора от Сергея. Надо на стол поставить, не разгружая, — и всё. Дальше он сам. Точно понесёшь?

Выйдя из кухни, я оглянулась, не видно ли где недоделанного ангела. Пусто. Только, приветственно неся хвост, подошёл ко мне Стах, и мы уже вдвоём понеслись наверх. Проходя мимо двери в апартаменты Сергея, я улыбнулась, представив, как сейчас той же дружной компанией будем завтракать-обедать и болтать обо всём на свете. Настроение сразу подлетело, и я почти вприпрыжку побежала к последней двери по коридору. Да, тут и впрямь последняя — больше нет. Я точно сюда попала?

Нерешительно постучав и не дождавшись ответа, я толкнула дверь. Стах, присевший было у моих ног дожидаться, когда дверь откроется, вдруг подскочил и, вздыбившись, попятился, размеренно лупя себя по бокам хвостом…

Шёпотом велев сидеть ему тихо, я боком протиснулась в полуоткрытую, жёстко пружинящую дверь и очутилась в комнате. Почти швырнула на стол поднос и выскочила так, что, окажись кто позади, сбила бы с ног! Над присевшим от неожиданности котом я такой прыжок продемонстрировала, что — ах!..

Логово… Больного, а то и умирающего зверя… Ну не верю я, чтобы Сергей распорядился специально дать Шурику такую комнату — мало того что пропахшую плесенью, так ещё и с лохматой чёрной паутиной, тяжело провисшей по всем углам!

Успокоившись, я некоторое время постояла перед закрывшейся дверью, прислонившись к стене и бездумно вспоминая увиденное.

Наконец в последний раз передёрнула плечами от жути, и сквозь хаос взбурливших чувств пробилась ясная мысль. А… нельзя ли Шурика вылечить?

Уже привычная, я выждала пару минут, глядя на дверь в его комнату. Но она как была пустой, так и оставалась. Странно. Обычно отклик шёл сразу. Только собралась ещё раз мысленно повторить вопрос, как вдруг подумалось: вылечить человека можно, если он сам хочет этого. А если нет? Если не хочет?

Кажется, я получила ответ.

Когда снова заглянула на кухню, там уже вовсю орудовали Андрей и Вадим. Оторвавшись от загрузки подносов тарелками, Андрей оглядел меня и высказался:

— Э… Оля, ты не хочешь переодеться к обеду? Минут десять у тебя есть.