Травница

Накрасилась так, что самой страшно стало: это ж сколько штукатурки на мне! Ладно, фиг с ней!.. Главное — опухших глаз не видно!..

Ворвалась в кухню. Андрей здесь.

— Андрей! А можно, с нами Аня поедет? Мы всё-таки с ней четыре дня как не виделись, а? Мы не привыкли так надолго расставаться… Ну пожалуйста!

— Звони, конечно, — удивлённо сказал Андрей, кивнув на телефон.

К аппарату я почти кинулась.

— Одуванчик, привет! (Андрей улыбнулся и отвернулся) Помнишь, мы с тобой говорили?.. Ты сейчас как — свободна?

Мы договорились быстро. Андрей тихонько подсказал, что наш путь на рынок всё равно через мост, мимо нашего дома, так что заехать за Аней нам нетрудно.

А когда я положила трубку, он спросил, отвернувшись — чистил что-то:

— А почему Одуванчик?

— Когда волосы у неё были не слишком длинные, как сейчас, после мытья они пушились вокруг головы. Густые очень. Я начала её Одуванчиком называть, за мной — мама. Вот и… Мы прямо сейчас выезжаем?

— Угу. Сколько тебе времени на подготовку?

— А я уже всё, — удивилась я и рассмеялась. Хорошо-то как!..

Сергей выехал нас проводить. По пандусу в кресле он спускался легко, но на всякий случай за ним уже привычно шёл Вадим. Сергей ничего не сказал на дорожку. Ну и ничего страшного: в конце концов, ненадолго, до обеда только пропадаем. Хотя мне очень хотелось, чтобы он не просто улыбался нам с Андреем… И ещё подумалось, что он мог бы устроиться на заднем сиденье и поехать с нами… Потом вспомнилось, что я собираюсь бегать по всему рынку вместе с Аней… Я вздохнула. А оглянувшись в последний раз, заметила, что его улыбка медленно растаяла в глубокую задумчивость…

Сначала я села рядом с Андреем, но, когда к нам вышла Аня, мы обе устроились на заднем сиденье. Она вышла к нам, одетая простенько: джинсы, укороченные под колено, вязанная мной блузка (которой я в очередной раз удивилась — это я вязала?), летние шлёпки-босоножки. Глядя на неё, я сразу сообразила, что мне очень хочется ею похвастать перед Андреем: вон какая у меня сестрёнка — прелесть!.. Но, помня о кольце, которое сейчас почему-то отсутствовало у него на пальце, я промолчала.

Мне очень хотелось рассказать Ане обо всём сразу, а сестре хотелось порасспрашивать, но… Андрей был слишком близко — и разговаривать даже шёпотом было нелегко. Поэтому мы легкомысленно перебрасывались всякими пустячными репликами, тем более вскоре оказались у рынка.

Андрей вышел из машины, дождался, пока выйдем мы, и решительно сказал:

— Так, дамы! Сейчас я отведу вас в один уютный кафетерий, где вы поговорите обо всём, о чём хочется. А потом погуляем везде, где вам захочется. Получаса вам хватит?

— А… Хватит, — запнувшись от его неожиданного предложения, подтвердила я.

И он провёл нас в тот самый кафетерий.