Травница

Через полтора часа беготни по галереям и затем спешной поездки на рынок, в магазинчик, где я хотела купить то зелёное платье и боялась, как бы его уже не купили (продавщица хмыкнула: "Вас это платье ждало, не иначе!"), я свалилась на заднее сиденье машины — с одним желанием: быстрей доехать домой (на душе стало тепло при одном только этом слове) и увидеть Сергея. Почему-то страшно было, что он остался без меня. Нет, я помнила, что там, в доме, и Вадим, и Марина, но…

Мы оставили Аню у подъезда и помчались за город. У Андрея было двойственное настроение: с одной стороны, он торопился успеть приготовить к обеду, с другой — он охотней бы посидел с Аней. Я всё поглядывала на него и мечтала: женился бы он на Ане, был бы мне настоящий брат. И в первое время было бы ему место, где жить. Если Сергей меня оставит до излечения, то несколько месяцев у пары будет свободная квартира, ну а там — посмотрим… И, затаившись в собственных мыслях, улыбалась: хорошо, что Аня мыслей моих не слышит, — отругала бы за новые сомнения.

Нас никто не встречал. Когда выехали из-за кустарникового поворота, я даже немного расстроилась, выискивая глазами на крыльце кресло Сергея и не находя его. Но потом успокоилась. Да ладно, всё нормально. Сидит у себя в комнате, работает.

— Дотащишь? — спросил Андрей, нагружая меня пухлыми, но достаточно лёгкими пакетами. — Я быстро в гараж машину отгоню, так что можешь несколько штук оставить. Я потом принесу.

— Своя ноша не тянет, — отозвалась я и подхватила охапки сумок.

В холле застоялась тишина. И было как-то по-летнему здесь прохладно и уютно.

Но к этой тишине я прислушивалась недолго.

Только направилась к двери комнаты, как резко встала на месте. Косяк двери медленно расцвёл розами и флоксами.

Я швырнула сумки в сторону ближайшего дивана и бросилась в комнату.

— Привет… — чуть охрипло сказала я.

Он сидел спиной к окну. Наверное, видел, как мы подъехали, и теперь ждал меня.

— Привет, — с усмешкой отозвался он. — Что-то вы долго.

— Ага, — сказала я и откашлялась, расплываясь в глупейшей счастливой улыбке.

Он с досадой взглянул на своё кресло и вздохнул. Меня словно тёплым ветром поднесло к нему. Я вдруг сообразила, что понимаю каждый его жест или намёк на него, угадываю каждое не высказанное им желание.

Дверь, осторожно, чтобы ничьего внимания не привлекать, мягко закрылась. Я скользнула к Сергею и обняла его беловолосую голову, а он обнял меня за пояс. И — я медленно, чтобы он понял это движение, опустилась перед ним на колени, не отпуская ладоней от любимого лица. Теперь мы смотрели глаза в глаза, он — чуть сверху, и, кажется, ему нравилось то, что он видел. Во всяком случае, в его глазах теплилась мерцающая зелень.