Транспортный вариант

Классические пропорции, монументальность здания обращали всех обычно к такому же благородному прошлому, в то время как его, инспектора уголовного розыска Денисова, заботило суетливое, будничное настоящее.

Он прошел вдоль забора, машинально отсчитывая вытянутой рукой металлические прутья, глядя на запруженную транспортом улицу.

«Только здесь да еще, пожалуй, на Зубовской площади Садовое кольцо выглядит таким же внушительным…»

Внезапно он услышал частые тревожные сигналы, обернулся. Движение транспорта было мгновенно, перекрыто. Через перекресток, стреляя вертящимся огнем над кабиной, быстро шла единственная машина — с красным крестом. Круто свернув, она так же быстро скрылась в воротах института скорой помощи.

Потом Денисов увидел ее снова. Она стояла у приемного отделения.

Несколько медиков в халатах поверх темно-зеленой, пижамного вида одежды курили у входа, вежливо кивнули, когда Денисов с ними поздоровался.

Знакомая медсестра из приемного отделения вручила Денисову халат, без которого нечего было и пытаться пройти в отделение реанимации, сделать необходимые несколько шагов, отделяющие изнутри дверь от стола с телефонами.

Перехваченная надвое поясом короткого халата медсестра отделения реанимации сверкнула стеклышками очков:

— Вы, по-моему, были у нас? Денисов? — ее резкий голос он всегда узнавал по телефону. — К нам многие следователи звонят.

— Я был насчет Белогорловой. Теперь меня интересует больной, которого недавно доставили. Тоже с транспортными травмами.

— Не только с транспортными, — поправила сестра. — Сейчас хирурга позову. Подождите, — она вышла.

В этот раз в отделении реанимации было что-то, на что он не обратил внимания в свое прошлое посещение. «Звук!»

Из глубины отделения доносились непрекращавшиеся резкие непривычные звуки — словно, свиристя, катилось поддерживаемое проволокой колесо или разматывалась цепь ворота, опускавшего в колодец ведро.

Денисов увидел на полке несколько тонких брошюр, наугад вынул одну. Это была уже знакомая «Критика новых течений в протестантской теологии». Он хотел поставить книгу на место.

— Значит, вы звонили насчет Белогорловой? — у стола стоял хирург в таком же темно-зеленом костюме, в халате, в шлепанцах. Он показался Денисову молодым, ироничным. Мимолетно взглянул на инспектора, на название брошюры.

— Да, я, — Денисов положил брошюру на стол, между двумя стоявшими рядом ярко-красными телефонными аппаратами. — Но сегодня я по поводу другого больного. Что вы о нем скажете?

— Все будет зависеть от результатов операции.

— Вы видели его?

— Смотрел другой врач, но я присутствовал.

— Сможете описать его лицо? Не похоже, что оно чуточку деформировано здесь? — он провел пальцами от щеки к щеке.