Трактирщица (СИ)

Но часто улыбался мне из переговорного зеркала. А я писала ему то, что не могла сказать в строго конфиденциальном блокноте. И как влюблённая девчонка рисовала рядом сердечки.

Наконец, утро свадьбы настало. Накануне вечером жениха вероломно похитили из спальни вместе с его парадным мундиром. Обрядовое таинство начиналось с того, что нам запрещалось видеться. Традиции вообще предписывали жить в разных домах, но мы вышли из положения тем, что просто не ночевали вместе. Я открыла глаза от звона колокольчика и ласкового голоса Иллаи:

— Рассвет, моя девочка. Пора.

Сон как рукой сняло.

— Уже? — я села в постели и посмотрела на будущую свекровь. Она уже облачилась в чёрное платье такого же простого кроя, как полагалось мне после обряда. А из украшений мать главы Клана Смерти надела серьги с крупными перламутровыми камнями-каплями и браслет того же цвета. Ночью они будут светиться. Кажется, символизируя, что клан готов освещать дорогу молодой семье, наставлять нас. — Риль проснулась?

— Она не ложилась, — покачала головой свекровь, — хотя я её уговаривала. Решила переделать украшения на лифе, чтобы было идеально.

— О, боги, поменять цветы? Но мне и прежний вариант нравился. Их же почти сотня!

— Она сказала, ей так спокойнее.

Треянка отнеслась к моей свадьбе со всем жаром души. Лично покупала ткань, рисовала эскизы и перерисовывала их раз пятнадцать, пока не получилось так, как хотелось нам обеим. А уж сколько часов над цветами из тончайшего кружева просидела — не сосчитать. Прятала от меня исколотые иголкой пальцы и вот. Снова потратила целую ночь.

Иллая дала мне пару минут, чтобы умыться, а затем позвала Риль. Швея несла платье, словно величайшую драгоценность. Лишь бы нигде не зацепить, не испачкать и не повредить.

— Госпожа ещё не раздеться? — треянка сурово нахмурила брови. — Мы не успеть!"

"Я послушно сняла сорочку, позволив Риль руководить моими сборами. Платье на меня надевали в четыре руки: свекровь помогала. Оно село по фигуре, туго обтянув грудь и талию. Ткань оттенка сливочного крема, белоснежные цветы и пышная юбка до самого пола — дань уважения моде Бессалии.

Причёску сделать было проще всего — я щёлкнула пальцами, призывая магию, и волосы завились крупными локонами. Потом в воздух полетели шпильки. Высокая причёска уложилась сама, оголив шею. А с макияжем мне помогла Иллая. По традициям клана никаких излишеств не допускалось. Подведённые карандашом глаза, ровный тон кожи, едва заметные румяна и блеск перламутра на губах.

Я была готова. Женщины любовались мной с нескрываемым удовольствием художников, завершивших, наконец, многолетнюю работу над шедевром.

— Кеннету понравится, — чуть смущенно сказала Иллая, зато треянка не сдерживалась.

— Господин потерять дар речь.