Трагедия Игрек

Девушка влюблена в него!

— А миссис Хэттер знала, что Эдгар Перри — ее пасынок? — задумчиво спросил Лейн.

— Откуда она могла знать, если он сам ей не рассказал? Перри было всего шесть лет, когда его отец и Эмили развелись. Она не могла узнать его в сорокачетырехлетнем мужчине.

— Вы говорили с ним?

— Он держит язык за зубами, черт бы его побрал.

— Тамм поместил его пол арест, — сказал Бруно.

Лейн весь напрягся, но затем расслабился и покачал головой:

— Это было опрометчиво, мой дорогой инспектор. На каком основании вы можете его задерживать?

— Вам это не по душе, а, мистер Лейн? — Тамм мрачно усмехнулся. — Не беспокойтесь об основаниях — я предъявил ему официальное обвинение. Он слишком перспективный подозреваемый, чтобы оставлять его на свободе.

— По-вашему, он убил миссис Хэттер? — сухо осведомился Лейн.

Инспектор пожал плечами:

— Может, да, а может, и нет. Вероятно, нет, потому что я не могу найти ни мотива, ни доказательств. Но он что-то знает, помяните мои слова. Человек просто так не скрывает свою личность, чтобы получить работу в доме, где потом происходит убийство.

— А как же быть с гладкой щекой, инспектор?

— Мы ведь никогда не исключали возможность сообщника, верно? Или глухонемая ошиблась.

— Ну-ну, — нетерпеливо сказал окружной прокурор. — Мы проделали долгое путешествие из города не для того, чтобы выслушивать ваше мнение, Тамм. Что у вас на уме, мистер Лейн?

Актер долго молчал. В течение паузы был вызван Фальстаф с подносом, и Тамм утопил часть дурного настроения в чашке горячего черного кофе.

— Я размышлял об этой проблеме, джентльмены, — заговорил Лейн, когда Фальстаф удалился, — с прошлого воскресенья, и результаты моих размышлений были весьма… скажем, обескураживающими.

— Что вы имеете в виду? — спросил Тамм.

— Некоторые моменты абсолютно ясны — как, к примеру, в деле Лонгстрита.

— Вы хотите сказать, что докопались до истины? — оживился Бруно.

— Нет-нет. — Лейн снова помолчал. — Не поймите меня превратно. Я далек от разгадки, потому что другие факты выглядят не только сомнительными, но и странными. — Его голос перешел почти в шепот. Поднявшись, он начал ходить по коврику у камина. — Не могу выразить вам, джентльмены, как я расстроен. Я начинаю сомневаться в том, о чем свидетельствуют четыре оставшихся у меня чувства.

Двое посетителей ошеломленно посмотрели друг на друга.

— Тем не менее, я принял решение. Я вижу две четкие нити и намерен ими заняться, поскольку этого еще не сделали.

— Что это за нити, которыми до сих пор не занимались? — раздраженно осведомился инспектор.

Лейн не улыбнулся и не прекратил ходьбу.

— Во-первых, запах ванили. Он меня озадачивает. У меня есть одна теория, и я собираюсь ее проверить. Если боги мне улыбнутся… — Актер пожал плечами.