Трафик по-русски

Локтев недовольно пробормотал:

– Что ж ты раньше молчал, валенок, а?

– Да заткнись ты, Серый! Лучше свети!

Сунув фонарик Локтеву, Веня осторожно разложил карту на траве и разочарованно фыркнул:

– Вот блин! Точно что чертов угол!

Посреди карты огромной петлей извивалась Сурожь. С наружной стороны этой петли, почти касаясь ее, проходила дорога – та самая бетонка. Все остальное пространство было покрыто значками, которые обозначали леса, перелески и лесостепи. Ни одного населенного пункта на карте обозначено не было.

Правда, в самом нижнем углу, там, где Сурожь, сделав огромную петлю, как бы возвращалась к самой себе, виднелся кусок автомобильной трассы с мостом.

– Так, – вздохнул Веня. – Делать нечего, придется как-то выбираться к этой трассе.

– Здорово, – склонился над картой Локтев. – Пятьдесят километров для бешеной собаки не крюк, да?

– А что делать? – вздохнул Веня. Чисто автоматически он смахнул с карты прилипший листик и тут же напрягся: – Стоп! А это что?

– До-мик лес-ни-ка, – прочитал по слогам Локтев.

– Ура! – вскрикнул Веня.

Судя по масштабу, от того места, где они находились, до домика было километра два-два с половиной. Веня оглянулся в направлении реки, чтобы сориентироваться на местности, и поднялся:

На этот раз даже Билла тащить не пришлось. Американец не знал, что такое домик лесника, но радость Вени его окрылила. Локтев тоже перестал брюзжать.

В хорошем темпе они проделали метров триста и вдруг наткнулись на какое-то сооружение. Оказалось оно, правда, не домиком лесника, а всего лишь кормушкой для какого-то зверья. Но корм в нее был засыпан совсем недавно, даже полиэтиленовые пакеты из-под него, засунутые под козырек, не успели запылиться.

Из этого следовало, что в обозначенном на карте домике обитают люди, так что вся троица полетела вперед словно на крыльях. Всего несколько минут спустя справа из-за деревьев донеслось истошное кудахтанье. Веня свернул и вскоре увидел небольшую усадьбу.

В окне домика слабо мигала керосиновая лампа, возле сарая метался луч мощного фонаря. Оттуда же доносились крики.

– Да что ж это такое с ними, Трифон? – причитала пожилая женщина. – Я ж их на ночь закрывала, нормально было!

– Что-что! – нервно отвечал мужской голос.