Траблшутер

Скандал! А на суде у меня будет с десяток свидетелей коррупции в больнице из обиженных родственников Ваших пациентов. Недовольных же достаточно. Смертность тут высока… Коррупция процветает. Софья, сколько ты заплатила мимо кассы?

– Пятьдесят тысяч, – вздыхает она. – За прошлый месяц.

– Вас не как врача судить будут, как взяточника. А до этого я закажу репортаж на паре каналов о том, как Вы сливаете пациентов, чтобы освободить палаты для тех, кто платит не через кассу больницы, а Вам лично. Покажу то видео, что снял сейчас. Даже если суд оправдает Вас, то должности главного врача Вам больше не видать никогда. Зачем Вам такие неприятности? Мы друг друга поняли?

– Хорошо. Городецкая останется. Но вместо нее повезут кого-то другого. И его риски будут на Вашей совести.

Нет, не прокатит!

– Нет, это Ваша ответственность. Меняйте планы по дезинфекции помещений, открывайте дополнительные палаты. У Вас множество возможностей внутри системы. Тронете Городецкую, или как-то пострадает качество ее лечения, я лишу Вас работы. С азартом и глубоким чувством удовлетворения!

– Всех пересажаете, кто людей лечить будет?

– А вот жена моя, Софья, будущий нефролог-онколог, – приобнимаю ее за плечи. – Придет к Вам в интернатуру. Ждите. Встречайте. Может, и на Ваше место со временем сядет. А я буду контролировать и лечение Елизаветы, и обучение Софьи. Приятно было познакомиться, господин Банковский.

Подхватываю Софью за талию, вывожу.

– Теперь послушай меня, Софья. Ему денег больше не давать. Но ты должна дать деньги младшему персоналу. Они – исполнители. Если что-то не так – они позвонят, предупредят, где надо, помогут. Они благодарнее!

Я могу дать им денег сам. Но Софья должна сама научиться делать это.

– Сколько здесь смен?

– Три.

– В каждой есть старшая медсестра по отделению, так?

– Да.

– Каждой в месяц даешь десятку, чтобы они держали руки на пульсе и суетились.

Всовываю ей в руки пятьдесят тысяч. Если она оплатила два месяца лечения и еще пятьдесят отдала ему лично, то точно на нуле.

– Я не могу это взять.

– Впишу тебе в долг! – закатываю глаза.

– Но…

И бровки домиком.

Точно Микки Маус! Мелкий, беспомощный…

– Срок твоего контракта не изменится. Всё!

Забирает. И совершенно неожиданно делает шаг ближе и обнимает, кладя голову на плечо. Я застываю, забывая, куда нужно девать руки.

– Спасибо… огромное спасибо Вам… огромное!

Окей…

– Проведай Елизавету, и через час жду тебя в офисе, – снижаю я тон, и он сам собой переходит на шепот, мои губы движутся ближе к ее аккуратному ушку. – Ну, всё… Софья… все хорошо… Через час… жду тебя… Софья…

Отпускает.

* * *

– Итак, свадьба будет липовая. И пока ее будут отмечать, у нас есть еще пара дней на маневры.