Траблшутер

Тем более молоденьким Феям. Но поработать придется.

* * *

– Борис Иваныч, – протягивает руку.

В возрасте, рукопожатие крепкое, уверенное.

– Захар, – представляюсь я.

– А Вы действительно можете помочь, Захар?

– Действительно могу. Общую суть я уловил из письма. Теперь ближе к деталям. Сколько лет девочке?

– Шесть.

– Он ее биологический отец?

– Да.

– А органы не предпринимают никаких действий, потому что родители до сих пор состоят в браке?

– Именно так. Они не квалифицируют это, как похищение. Он увез ее три недели назад. Шантажирует. Требует крупную сумму. Угрожает, что мы никогда не найдем ее, если откажемся выплатить ему эти деньги. Я бы отдал… Да не уверен, что он вернет ее и после этого. Я уже пятьсот тысяч ему выслал – не вернул. У внучки диабет, ежедневно инсулин. Особое питание, режим… Она отца и не знает. Напугана, наверное, ужасно! Помогите.

– Насколько реальны его угрозы? Кто он, вообще?

– Сложно сказать. С башкой у него непорядок. Бывший мент. Сидел за взятки. Недолго. Но после этого совсем опаскудился.

– А мать?

– В больнице… Это дочь моя. С сердцем у нее нехорошо.

– Сколько он просит?

– Пять.

– Наших?

– Наших.

– Допустим, я верну ее. Что дальше? Никто не помешает ему выкрасть ее второй раз.

– Я их увезу отсюда, Захар, пока развод оформим, опеку. Деньги есть. Помогите найти.

– Десять тысяч долларов и вот этот договор с нашей фирмой.

Читает…

– Подождите… а вот пункт 3.7 что значит?

– Это значит, что если Вы намеренно ввели нас в заблуждение по делу или умолчали о принципиально важной информации, мы на любом этапе операции ее замораживаем без возврата средств.

– Но как же это можно доказать?

– А никак, Борис Иванович. Если я сочту, что Вы соврали мне, я расторгаю договор в одностороннем порядке, оставляя всю сумму себе.

– Но ведь это можно…

– Борис Иванович. Этот договор не носит юридического характера. Я никогда не предоставлю его никаким инстанциям, как доказательство или опровержение… Этот договор – моё Вам извещение о том, на каких условиях я буду работать. Его функция – раскрыть Вам правила игры. И когда Вы его подписываете, Вы принимаете их. Никаких других гарантий моей надежности, кроме моего слова, я Вам дать не могу. Поэтому Вам придется положиться на свою интуицию и рекомендации тех людей, через которых Вы нашли меня.

– Боюсь, у меня нет выбора.

– Не бойтесь. Я дорожу репутацией. И надо признаться, не равнодушен к Вашему делу.

– У Вас есть ребенок?

– Есть…

Есть.

Подписывает.

– Мне нужен аккаунт матери, на который приходят угрозы.

– Угрозы иносказательны, их к делу не пришьешь, а прямым текстом он сказал все по телефону, номер не зарегистрирован, левый.

– Да мне текст не важен. Мне аккаунт нужен. Его фото, чем больше, тем лучше, свежие фото ребенка.