Тот, кто ловит мотыльков

Совсем маленькая станция, всего две платформы.

– Что на той стороне?

– Алабушевское кладбище и что-то вроде промзоны, – ответил, не задумываясь, Бабкин, внимательно изучивший карту окрестностей. – Хочешь, доедем, посмотрим? Ты думаешь, Баренцева перешла пешком на другую сторону?

Макар покачал головой.

– Свяжись, пожалуйста, с Татаровым. Если в Алабушеве есть работающие камеры, надо снова проглядеть записи. Только теперь ищем не «Ауди», а женщину, идущую пешком.

11

Ни «Ауди», ни идущей пешком женщины, – никого. Баренцева исчезла среди бела дня, словно даже не выходила из машины, а растворилась внутри вместе с ножницами и ковриком. Сергей увеличил радиус поиска и обошел те дома, в которые не заглядывал оперативник; он потратил на опрос свидетелей четыре часа и не получил ни одной, даже малюсенькой зацепки. Светловолосой женщины с сумкой никто не видел. Если Бабкин, оказавшись во дворе, замечал прислоненный к стене велосипед, он просил позвать детей. Дети гоняют повсюду, наплевав на запреты взрослых. Они могли что-то углядеть. Но и владельцам велосипедов тоже нечего было ему сказать.

Илюшин вместе с оперативником в четыре глаза изучили запись с камеры наблюдения над платформой. Их, как и Сергея, ждала неудача. Оксана не появлялась на станции. Не уезжала на поезде.

– Впору предположить, что Баренцева прячется у любовника, – в сердцах сказал Сергей, когда они встретились. Он взмок, пропитался пылью и вонью шашлычных дымов. На него лаяли дворовые собаки и ругались старушки, не желавшие, чтобы этот огромный страшный мужик расспрашивал их внуков.

– А почему тогда родной дочери не позвонила? – спросил такой же хмурый уставший Татаров. Он весь как будто потускнел, даже волосы утратили яркость.

– Поссорилась с любовником, – развил мысль Сергей. – Тот ее в ссоре убил. И лежит она в подвале, завернутая в ковер, под здешним коттеджем.

– …обшитым сайдингом, – уточнил Макар.

– Почему именно им?

– Люди, использующие сайдинг, способны на все, – твердо сказал Илюшин.

Бабкин похлопал озадаченного оперативника по плечу:

– Не обращай внимания. У Макара Андреевича это личное. Макар Андреевич у нас эстет.

Татаров пожал плечами:

– У тестя моего дом весь в сайдинге. Розовый, вроде симпатичный. Не знаю, мне нравится!

– Я бы на вашем месте приглядывал за тестем, – посоветовал неуемный Илюшин, но Бабкин ткнул его кулаком в бок, и Макар заткнулся.

К счастью, Татаров вроде бы не обиделся.

Он обещал позвонить, как только эксперты разберутся с машиной. Следы крови или борьбы и отпечатки, принадлежащие кому-то, кроме Оксаны, – вот что интересовало их в первую очередь.

– Да, чуть не забыл! – Татаров напоследок хлопнул себя по лбу. – Мы хотя бы знаем, что Баренцева не покидала пределов страны.