Тот, кто назначен судьбой

Так вот, Тимыч, абсолютно всем в жизни любви хочется, все ее ищут и ждут. И мне хочется, настоящей, как любому нормальному человеку. Кто бы что ни говорил – что поздно и смешно в моем-то возрасте, но именно любви хочется. А по-другому и не надо совсем. По-другому – это жить с чужим человеком и при этом уживаться с его привычками и характером. А зачем тогда? На хрена усложнять и ухудшать собственную жизнь необходимостью что-то терпеть? Вот так. Ты поймешь когда-нибудь и сам, обязательно, уж поверь мне, главное, чтобы понял это не поздно, – и вдруг хлопнул ладонью Саргина по плечу и весело закончил: – К тому же все молоденькие девицы городские по-модному тощенькие, до костей, а я люблю ладненьких, сбитеньких таких, не толстых, но в теле и в размере.

Тимофей еще долго не мог уснуть: смотрел в звездное бескрайнее черное небо и думал про их разговор, анализировал сказанное и поражался, как все сложно и как все, оказывается, просто – каждому человеку и на самом деле хочется любви. Настоящей любви – чтобы его любили и принимали, и чтобы он был необходим другому человеку, и чтобы самому иметь возможность любить и отдавать эту любовь.

И ему тоже, как и всем, хочется любви, что бы он там из себя ни изображал и как бы ни игнорировал эти нормальные человеческие желания. Но Саргин давно понял и четко знал, что ему такого нельзя.

Не дано в жизни. Не дано – до сжавшей мгновенно горло сухой сильной лапой тоски. Ничего. Прорвемся и так. Ничего.

И заснул тревожным сном, и все ему снилось это черное бездонное небо в алмазах звездных и неясный женский облик на его фоне, смеющийся серебристым смехом над всеми теми пустыми глупостями и запретами, что он себе напридумывал.

Подругу Степаниды звали простым русским именем Мария, Маша, и оказалась она симпатичной женщиной, сбитенькой такой, ладненькой, Саргин еще подумал, что она идеально подходит под любимый типаж Славина, о котором он только вчера говорил. Но что больше всего покорило Тимофея в этой женщине, так это то, что почти все время она улыбалась невероятно обаятельной улыбкой, от которой у нее на щечках возникали ямочки, и излучала вокруг себя светлую радость.

На рынке Мария взяла у Тима список, составленный Степанидой, и очень мягко спросила:

– Наверное, лучше мне выбирать продукты, как вы думаете, Тимофей?

Тимофей думал, что это замечательная идея, ибо Стешка понаписала там всего немерено и еще долго инструктировала его, что, как и где выбирать.

Нет, он, разумеется, справился бы с заданием, но сколько времени и нервов на него потратил бы, вопрос. Маша же оказалась его спасительницей – она четко знала, куда надо идти на рынке и какой именно продукт брать."

"Они справились с покупками в рекордные сроки.