Тот, для кого живу. Продолжение

— Влад, я вспомнила, — зашептала горячо Ксения, еще не успев толком встать с кровати, — я все вспомнила! Я ни в кого не стреляла! Я уронила пистолет, и его поднял тот, другой! Второй!

— Так и думал, — пробормотал вполголоса он, чувствуя, как с души упал еще один валун. И дышать стало ощутимо легче по сравнению с первой половиной дня. — Ты как здесь очутилась? — спросил, с тревогой вглядываясь в ее осунувшееся лицо, в лихорадочно сверкающие глаза, пытаясь найти в них следы безумия. В голове снова и снова кружился вопрос «Зачем психиатр?». — Тебе плохо стало?

Девушка поежилась, и пыл ее слегка угас.

— Да, страшно было и жутко. Я не могла понять, где я. Голова закружилась… — она прислушалась к себе, — и сейчас кружится, — растопырив руки для балансировки, Ксения попятилась назад, словно слепая, и аккуратно присела на краешек кровати. — Меня качает, — сказала она, мыслями все так же пребывая внутри себя самой, — как будто в метро еду.

Влад услышал, как дыхание ее изменилось, стало поверхностным, частым; увидел, как пальцы ее задрожали, как когда-то совсем недавно; на физическом уровне ощутил, что ее снова сковал страх.

— Что со мной, Влад? Я схожу с ума? — слепо обшарив пол глазами, Ксения посмотрела на него, на ресницах блеснули слезы. — Врач сказал, мне нужен психиатр? — на последнем слове голос ее осекся, потерял силу. Она закусила губу, чтобы совсем не расплакаться.

Демидов нахмурился. Какой к черту психиатр? Она ведет себя вполне адекватно со скидкой на ситуацию, в которой она оказалась. Видел он в своей жизни пациентов, которым реально требовалась психиатрическая помощь — те зеленых человечков искали вокруг себя. Это ж небо и земля…

— А здесь-то ты как оказалась? Зачем тебя сюда привезли? — жалобы на головокружение еще не повод переводить задержанных в больничку, должна быть более весомая причина. — Тебе что-то делали? По-женски?

Кажется, он начал догадываться, и Ксения это тут же подтвердила, порозовев при этом:

— Спираль убрали… Болело и кровило сильно…

Еще один маленький камешек скатился, облегчив душу. И неважно, что заставило этот камешек двигаться.

За ним последовали другие, особенно после разговора с наблюдающим Ксю врачом. Он-то и прояснил зловещую тайну с намеками на сумасшедший дом.

— Возможно, это невроз, вызванный длительным пребыванием в стрессовом состоянии плюс недавнее сотрясение, — развеял он опасения Влада. — В этом случае требуется помощь психотерапевта, не психиатра. Психиатры, все-таки, работают с другим контингентом.

— Понял, спасибо, — помрачнел лицом Влад. Походу, Димон, как и Ксю, не увидел особого отличия психотерапевта от психиатра, отсюда и родилась столь пугающая сплетня.

А тому, что Ксю давно уже пребывала в стрессе, удивляться не стоило.