Злодейка требует тортик (СИ)

«Дорогая Элиана, не знаю, дойдет ли снова мое письмо до тебя, но решил снова попытаться. Может быть ты заметишь его раньше. Я не знаю, что рассказывали обо мне твои родители. Может ничего, а может не совсем… лестные слова. Но, увы, к моему собственному сожалению, я не могу их осуждать за это. В те далекие времена я повел себя не самым лучшим образом. Но мне бы хотелось, чтобы отношения между мной и твоими родителями оставались только между нами, и никак не задевали тебя и Энджи.

Может моя просьбы и будет слишком наглой, но… я бы хотел, чтобы Ты с Энджи хотя бы один раз навестили меня.

Я пойму, если вы не захотите. Это ваше право, и моя расплата за эгоизм.

Надеюсь, что на этот раз ты сможешь получить это письмо, Элиана.

Август онди ин Меридин»

— Это не первое его письмо, — только сейчас я могу вспомнить, что несколько раз у мамы на столе лежали вот такие розовые конверты, но совершенно не придавала этому значения.

— Ты злишься на родителей?

Я и вправду не злилась на них, и при этом не могла объяснить, почему. Может потому, что никогда не видела его рядом с собой, не разговаривала… У меня не было чувств… нет: вру, были. Сожаление, что упущено много времени. Но так же я знала по отдаленным слухам, что была очень крупная ссора, когда мама решила выйти замуж за отца. И… как дедушка и сказал, они вправе.

Конечно, хотелось язвительно задать самой себе вопрос: а если он хотел увидеть меня и Энджи, то давно бы сделал это…

Но, может… он боится, или же хочет, чтобы это было нашим собственным решением, без давления мнения родителей?

— Наверное, все же мы с Энджи навестим его. Я хочу увидеть его. Хотя бы разочек.

— Понимаю. Если хочешь, я могу поехать с тобой, или попросить брата.

— Но буду пока что отвергать твое предложение, — улыбнулась я, сетуя на то, что у родителей нет сильных воинов, и отложила письмо в сторону. — Ладно, давай пока не будем об этом. Лучше расскажи, как ты выиграла на аукционе древний кинжал.

— О, это было так незабываемо! — глаза подруги тут же загорелись азартом. — Пришлось немного поплакаться брату, чтобы он дал денег! Но это была хорошая борьба, увела кинжал у самого носа у графа. Не помню, как его звали, но его спутница очень и очень возмущалась, но похоже у этого графа уже не такое благополучное финансовое положение. Но, знаешь, что меня удивило?

— Его спутница была в маске, хотя по правилам аукциона это запрещено.

— Ну, кто знает ее. Может у нее какие-то изъяны на лице, и работники аукциона, увидев их, разрешили оставить маску.

— Я тоже об этом подумала. И еще…

Речь Афины прерывает стук, и после разрешения в комнату входит дворецкий поместья ее брата с подносом.

— Миледи, вам пришло письмо.

— Да? Ну, тогда давайте..