Топить в вине бушующее пламя печали

 Будучи детьми, они могли спокойно передвигаться по каменному дну водоемов, словно тени, потому их и стали называть «клан теней»… Верно?

1 三纲五常 (sāngāngwǔcháng) — три устоя и пять незыблемых правил (абсолютная власть государя над подданным, отца над сыном, мужа над женой — этические нормы старого Китая) и пять постоянств или пять добродетелей (человеколюбие, справедливость, вежливость, доверие, мудрость).

Шаманы были хороши в колдовстве, а гаошаньцы — в совершенствовании оружия. Что же касается «теней», то можно сказать, что они одновременно преуспели во всем, и не преуспели ни в чем. Они отличались от всей остальной особенности своего происхождения, среди них ни у кого не было «родственных уз». Они никогда не жили вместе. У них практически отсутствовало понятие «родство». Они не были «кланом».

Тени никогда не заботились о своих детях. Сразу после появления на свет новорожденных оставляли в поле. Они росли, как им заблагорассудится, а потом становились старше и умирали. Поэтому и говорят, что у них не было родителей.

Независимо от пола, молодые тени не имели человеческого облика. Зачастую они паразитировали на камнях, и срок их жизни составлял двадцать или тридцать лет. По прошествии этого времени они сами собой распадались, возвращаясь обратно к природе. Они увядали, словно растения, и тихо умирали. У них не было ни имен, ни фамилий.

Когда юность заканчивалась, если тень все еще хотела жить, она должна была найти себе хозяина. Это был их основной инстинкт и единственный способ выжить. Если тени это удавалось, она вырастала, обзаводилась телом и личностью. Но ее характер и внешний вид строго соответствовали предпочтениям хозяина. Как правило, они принимали облик той расы, к которой принадлежал их хозяин, и получали те же силы, что и другие представители этой расы. Тени вырастали в полном соответствии с чужими желаниями. В старину их еще называли «теневыми рабами». Теми, у кого не было «устоев и правил».

Хозяин получал полный контроль над тенью, и та должна была жить и умереть вместе с ним. Если только хозяин не приказывал тени стать его наследием. Тогда она могла прожить тысячи лет и поддерживать клан до тех пор, пока их род не прерывался. После смерти хозяина тень полностью наследовала его память и прах, становясь живым надгробием.

Такой поток информации трудно было уложить в голове, но Сюань Цзи должен был запомнить один ключевой момент: их наследие напоминало «Бессловесную книгу».

Почему Линъюань вдруг упомянул о тенях?

Сюань Цзи едва не потерял голову2, но было уже слишком поздно. Шэн Линъюань в мгновение ока приблизился к нему, и юноша не смог даже увернуться. Он оказался окутан черным туманом. Сюань Цзи так растерялся, что на лбу у него тут же вспыхнул огненный тотем.