Топ-модель 2. Я хочу развод

Не желаешь присоединиться?

Ослепляющая вспышка ревности медленно гаснет. Я смотрю Ане в глаза и думаю о том, что она позволила мне пережить всё то, о чем я мечтал в семнадцать лет с другой. Просто так. Ничего из себя не строя, не требуя.

Топит теплом, благодарностью, какой-то особенной нежностью. Алкоголь, видимо, второй полной ударяет в мозг. И на мгновение я ощущаю себя снова семнадцатилетним, и каким-то полностью счастливым, что у меня есть она, и она лежит в моей ванне, и рада меня видеть. А на ее тонком безымянном пальце обручальное кольцо.

Разумная часть требует прийти в себя и заняться делами.

Анины соски снова мелькают и я бурчу:

— Желаю.

Торопливо стягиваю штаны с трусами. Носки, свитер. Аня включает воду, и комнату наполняет пар.

— Погорячее налью… Эй, у тебя там не синяки?

— Ерунда.

— Нет уж покажи, — присаживается она, строго хмурится.

Я тем временем забираюсь в ванну, к жене валетом. Вода при этом чуть не переливается за бортики, но становится всё равно — мне слишком приятно и необходимо лежать в этом полу кипятке. Аня бормочет что-то вроде: ладно, потом подотру.

Наши колени торчат из воды, тела соприкасаются. Член мгновенно твердеет до боли в мошонке, как всегда рядом с этой топ-моделью, но прежде чем предложить секс, я облокачиваюсь на плитку и закрываю глаза.

Растягиваю предвкушение. Отдыхаю. Я дома, можно.

— Как всё прошло, расскажешь? — спрашивает Аня виновато. Я сообщил ей, что дела в порядке. Она не должна была волноваться.

Ребра ломит. Если не пройдет до завтра, нужно будет сделать рентген.

— И когда ты мне собиралась рассказать, что малой тебя целовал?

Приподнимаюсь и смотрю в упор. Глаза круглые. Волосы мокрые. Зато кожа, которая вот только в свете свечей казалась бледной, густо розовеет.

— Это было один раз и давно, — сообщает Аня отрывисто. — И вообще не тебе меня стыдить. Где только твой пенис не побывал, пока не оказался в моих руках.

— Понравилось?

Она резко начинает подниматься, явно глубоко обидевшись.

Идиот. Спохватившись, хватаю за руку, прошу остаться."

"— Не уходи. Пожалуйста. Я устал, пьян и несу чушь. Возможно, у меня сломаны ребра.

Аня задумывается, потом медленно тянется ко мне, укладывается на грудь. Чуть морщусь от легкой боли, но обнимаю крепче. Отодвигаю потяжелевшие волосы, веду по идеальной спине. Покрытая веснушками кожа как будто слишком тонкая для живого человека. Сердце при этом стучит ускоренно.

— Прости. Мне было очень одиноко, и наверное, я дала Семену повод в меня влюбиться. Хотя сама потом не понимала, что с этим делать. Я тебя слишком сильно боялась. А с ним… было легко. Мы постоянно хохотали из-за ерунды.