Тонкая душевная организация

Так же он показывал мне, где лежат его вещи и где висят его рисунки. На самом видном месте. Рисовал мой сын хорошо, стоило отметить. Даже более чем.

- Пап, пошли уже. Нас мама ждет. – Митька дернул меня за рукав и покосился на приоткрытую дверь, из которой выглядывали и взрослые, и дети.

- Идем, конечно. – Я снова подхватил его на руки. Сын не сопротивлялся. Наоборот, обвил мою шею руками и притих.

Лишь, когда мы подходили к машине, он чуть насупился.

- Дядя Слава, прости меня, что я тебя папой назвал. Просто Витька дразнится все время, что папа за мной не приходит, значит, меня не любит. И вообще, многие знают, что я с водителем езжу. Или меня бабушка и мама забирают. – Принялся оправдываться он. – А папы нет.

- Понимаю, - кивнул, на секунду крепче прижав к себе сына. – Более того, ты можешь называть меня папой тогда, когда тебе этого захочется. – Сказал, не зная, как лучше ему все объяснить.

Митька сначала расцвел в улыбке. Затем, снова поник.

- И даже при маме? – Без какой-либо надежды спросил он.

- Даже при маме. И при бабушке. При любых людях. – Я так и стоял с ним на руках и только сейчас вспомнил, что у меня нет в машине детского кресла. Вот дурак. Не подумал совсем.

Митька сосредоточенно вглядывался в мое лицо и напряженно сопел. По нему было видно, что он думает о чем-то важном.

- Тогда тебе придется полюбить мою маму. – Вдруг выдал ребенок.

- Это я с радостью. – Пояснил. Ребенок вмиг повеселел. – Но нам нужно придумать, как тебя везти в машине, потому что у меня нет специального кресла для тебя. – Сознался я в собственной неподготовленности.

- Так вон дядя Глеб идет. У него в машине есть мое кресло. – Улыбнулся более сообразительный ребенок.

Я медленно выплывала из дремоты. Одновременно мягкой и мерзко-обволакивающей. Почему? Да потому что я точно знала, что у меня душа болит, но боли этой не чувствовала. В этом и был диссонанс.

Слава тихо шуршал на кухне, периодически бормоча себе под нос. Иногда что-то напевал. А я лежала и… впервые за все свою жизнь чувствовала себя защищенной. Нет, спокойной я не была. Точнее, тело не чувствовало нервного напряжения, но я знала, что оно есть.

Итак, Слава каким-то образом выяснил, что Митька – его сын. Хотя, что тут выяснять…. Здесь одного взгляда достаточно. Ну и дату рождения Митьки выяснить несложно. Он же еще раньше срока родился, так что отмазаться у меня вообще никакого шанса не было. То есть (пока действует таблетка), мне придется принять данную реальность.

Еще… Слава решил не просто участвовать в жизни ребенка, а жить с нами. Причем, я прекрасно понимаю, что попроси я Маринку сделать что-то с этим фактом, то подруга откажет в помощи. Почему? Потому что за последние недели я всех изрядно напугала своим поведением.