Тонкая душевная организация

– А что я еще могла сказать.

- Сам дурак. Если бы смог все предугадать, то ты бы никуда не исчезла. Если бы была во мне уверена. – Слава говорил тихо и спокойно. Видно было, что он много думал над всем произошедшим. – Я тогда понял, что память – очень странная штука. Я прекрасно помнил, как ты пахнешь, как звучит твой голос, все твои родинки до сих пор могу перечислить. Но я абсолютно не мог вспомнить, во что ты была одета в тот или иной день, или тему разговора. Странно, правда?

Он еще долго мне что-то рассказывал, но я под этот тихий и такой нужный мне голос начала засыпать. Так и отключилась, совершенно не запомнив того, чем он со мной делился.

Утром я проснулась одна. Совсем. В квартире было очень тихо. Я полежала несколько минут, стараясь уговорить себя не нервничать, и решительно встала. Посмотрела на время. Ой, мне же на работу нужно. Но сначала мне нужно Кожевина найти и сказать, что я уезжаю домой.

Джинсы нашла на стуле аккуратно сложенными. Быстренько надела. Хмм, болтаются. Кажется, я все же похудела. Странно, что раньше не замечала.

Я заглянула в ванную, вторую комнату и на кухню. Кожевина нигде не было. Куда ж он делся-то? Я уже готова была начать поиски на улице, когда в окне кухни увидела стоящего на балконе Славу. Он стоял в одних спортивных штанах, задрав голову вверх. От его кожи валил пар. Мороз на улице….

- С ума сошел! – Я даже осознать не успела, как подлетела к балконной двери и распахнула ее. – Простудишься!

Слава обернулся, растянулся в проказливой улыбке и все же соизволил уйти из холода.

- Проснулась уже? – Склонил он голову набок.

- Мне на работу нужно. А еще домой заехать…. – Сказала, понимая, что мысли разбегаются во все стороны.

- Сегодня у тебя выходной. Евгению я позвонил. Митьку Глеб увез в детский сад. Твоя мама на работе. А сегодня у нас переезд. – Огорошил он меня. Нет, он это и раньше говорил, просто я всерьез не воспринимала. – Ты сейчас иди в душ, я пока завтраком займусь. После я соберу вещи, и мы поедем к тебе.

- А если я не хочу? - Спросила с дрожью в голосе.

Все же находящийся в непосредственной близости от меня Кожевин был изрядным искушением для моей добродетели. Еще и улыбается, как чеширский кот, объевшийся сметаны.

- Тогда мы поедем в больницу, там тебя обследуют и выпишут соответствующее лечение. И я буду строго следить, чтобы ты исполняла все назначения врачей. – Он все так же улыбался.

То есть ничего не изменится, и Слава все равно будет рядом. Так зачем делать столько лишних телодвижений, если результат всегда один?

- Согласна на переезд, - проворчала, поняв, что проиграла по всем фронтам. Или выиграла, тут уж жизнь покажет.

Фыркнув, умчалась в ванную комнату, где для меня уже были подготовлены полотенце и вполне себе женский халат.