Томминокеры

Гарденер взглянул на нее и сразу понял причину столь бурной реакции Бобби. Протянул руку, чтобы дотронуться, но та одернула его:

– Стой! Вспомни, что было в прошлый раз.

– Не лезь, – буркнул Гарденер. Отвел ее руку и коснулся борозды. В голове зазвучала музыка, но скоро стала затихать и исчезла. Зубы завибрировали во рту. Ближайшей ночью он точно распрощается со многими из них. И плевать. Ему надо прикоснуться, и он прикоснется во что бы то ни стало. Это – путь внутрь, кратчайший путь к томминокерам и их секретам. Единственное доказательство того, что эта штуковина – не сплошная железная глыба (такая мысль его уже посещала; а шуточка была бы что надо, согласитесь). Казалось, сейчас он трогает пальцами застывший свет далеких звезд.

– Это люк, – сказала Бобби. – Я знала, что он здесь!

– Надо же, Бобби, какое мы дельце провернули.

– Ага, Гард. Спасибо, что ты приехал!

В порыве благодарности Бобби обняла его. Ее желеобразное тело подалось вперед, и Гарду вдруг стало на редкость мерзко. Свет далеких звезд? Вот он, этот свет, висит у него на шее.

Эту мысль он поспешил прикрыть – во всяком случае, постарался, чтобы Бобби ее не уловила.

Извини, эта информация не для посторонних.

– А люк-то большой, как думаешь?

– Не знаю. Сегодня расчистим, там видно будет. Надо спешить, время поджимает.

– Воздух над Хейвеном теперь другой. Это все корабль. – Бобби постучала костяшками по блестящему боку.

– Тем, кто сюда приезжает, становится плохо. Сам видел, что творилось с Энн.

– И это при том, что у нее есть защита, железки во рту. Звучит дико, конечно, но факт остается фактом. Видел бы ты, как она драпала.

– И это еще полбеды, Гард, что здешний воздух отравляет людей, которые сюда приезжают. Мы и сами не можем отсюда уйти.

– Нет, ну ты, я думаю, сумеешь. Пару дней тебе будет нехорошо, но уйти ты сможешь. Меня это убьет, и очень быстро. И еще у нас стояла жара и затишье. Если вдруг изменится погода и поднимется ветер, всю нашу биосферу сдует в Атлантический океан. И мы будем здесь хватать ртами воздух, как тропические рыбки в пустом аквариуме. Мы умрем.

Гард покачал головой.

– Знаешь, Бобби, погода изменилась в день, когда ты пошла на похороны той женщины. Это я помню. Было ясно, дул легкий ветер. Поэтому очень странно, что тебя хватил солнечный удар. Какая тяжелая, душная жара стояла до того дня…

– Теперь все иначе. «Обращение» набирает обороты. Мы меняемся быстрее.

Неужели все перемрут? – задумался Гарденер. Все до единого? Или только ты и компашка твоих приближенных? А, Бобби? Те, кому теперь приходится ходить в гриме.

– У тебя есть какие-то сомнения, я их чувствую, – сказала Бобби. Отчасти это забавляло ее, отчасти приводило в смятение.

– Я сомневаюсь, что такое в принципе возможно, – сказал Гард. – Да ну его.