Томление

— Я не понимаю вас, — смущенно произнесла Сесилия.

Глаза фрейлины торжествующе заблестели.

— Возможно, кто-то нашептал на графа Его величеству. О том, что из комнаты графа выходил юноша — вчера, в четыре часа утра.

Все выжидающе посмотрели на Сесилию.

Та была совершенно сбита с толку. «Как это? — хотелось ей спросить. — Я тоже часто видела этого юношу. И что же в этом особенного?»

Но по лицам окружающих она поняла, что ее вопрос неуместен и что у Александра действительно большие проблемы. Шпионаж? Заговор против короля?

То, что положение серьезно, она поняла из следующих слов фрейлины:

— Его величество не потерпит этого! Если король будет в хорошем настроении, то граф впадет в немилость и будет изгнан со двора. Ну, а если король будет сердит, то…

И она провела себя пальцем по шее.

Сесилия пыталась собраться с мыслями. Так как фрейлина говорила без остановки, то никто особенно не обращал внимание на девушку, в недоумении взирающую на окружающих."

"— Совершенно верно, Александр Паладин вчера ночью действительно принимал у себя молодого человека, — произнесла Сесилия ровным голосом, ибо граф всегда был приветлив с ней. И теперь пришел ее черед выручить его из беды. — Но разве вы не знали, что у графа часто случается лихорадка? В тот вечер с ним случился очередной приступ, когда он провожал меня до дверей моей комнаты. Поэтому я и тот молодой человек довели его до его двери, а я попросила юношу вернуться ко мне в комнату и взять лекарство от лихорадки. Этот молодой человек исполнил мою просьбу и вернулся с лекарством в комнату графа. Вот и все.

Сесилия обратила внимание на то, что во время ее рассказа в залу вошел король. Она сделала реверанс, как и все остальные.

— Да, этой ночью в коридоре было многолюдно, — сухо отметил король и больше не упоминал об этих событиях.

На следующий день Сесилия получила большой букет цветов, в который была вложена записка. «Благодарю! Не поужинаете ли вы со мной сегодня вечером? Преданный вам Александр».

В его комнате был накрыт изысканный стол, слуга наливал им вино в хрустальные бокалы, и Александр был таким воодушевленным, что она заподозрила у него нервное расстройство, хотя и пыталась отвечать в самом непринужденном тоне.

Под конец, когда они выпили достаточно много вина, Александр сказал:

— Сесилия, по поводу ночного посещения и приступа лихорадки, который ты выдумала… Мы бесконечно благодарны тебе — и я, и мой друг.

— Я сделала все, что могла. Ведь вы всегда были так доброжелательны ко мне, — радостно сказала она. Но затем сделалась серьезной. — Мне не хотелось бы расспрашивать вас, но я все-таки задам один вопрос: почему король так был сердит на вас? Вы можете не отвечать.