Томление

Однако ее отец, выдавший поочередно замуж остальных своих дочерей, уже решил, что Ирья останется в девках и будет помогать дома родителям, когда те состарятся. Решил он так по своей воле, никого не спрашивая, и меньше всего саму Ирью. Что и говорить: девочек даже не считали за настоящих детей в семье, заботясь только о сыновьях. Привычным было услышать, как крестьянин отвечает, что у него «четверо детей», добавляя при этом: «И три дочери».

Глаза Ирьи делались печальными, когда она заговаривала о своем будущем. Остаться вместе с престарелыми, ворчливыми родителями было делом нелегким.

— Ну-ка, взгляни теперь в зеркало, — сказала наконец Силье. — Теперь я обвиваю голову косами, закалывая их жемчугом. Вот так… жемчужная нитка на лбу! А теперь я немного припудрю твое лицо, иначе нос у тебя блестит как маяк. А где сейчас Суннива?

— Я… видела ее вместе с Таральдом.

— Где это? — спросила Силье более строгим тоном, чем сама ожидала.

— Я не знаю, куда они пошли, госпожа Силье. Они просто проходили через усадьбу.

«Боже правый, нельзя говорить Тенгелю об этом, — подумала Силье. — Я сама должна поговорить с одним из них».

— Ну как, ты довольна прической? — произнесла она вслух.

Ирья очарованно гляделась в зеркало.

— Как мне нравится! — прошептала она наконец.

— Да, ты красива, — подхватила Силье, хотя и сознавала, что это легкое преувеличение. Но в самой непривлекательности Ирьи таилась такая необъяснимая красота. — Эту жемчужную нитку ты можешь оставить себе, камни на ней поддельные.

— Благодарю вас, — сказала Ирья со слезами на глазах. — Благодарю, милая госпожа Силье!

В этот миг в комнату вошли Суннива и Таральд.

— Добрый день, бабушка, — сказала Суннива с сияющими глазами. — Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, хорошо. Где вы были?

— Мы просто прогулялись немного, — уклончиво ответила Суннива.

Таральд, в свою очередь, приветствовал бабушку. При этом он равнодушно кивнул Ирье, в ожидании стоявшей со своей новой прической:

— Здравствуй, и ты здесь? Хорошо.

Блеск в глазах девушки померк. Силье поняла, что мысли этой парочки витали далеко отсюда.

Суннива держалась увереннее, чем обычно. Она улыбалась, бросая незаметные взгляды на Таральда. И она с восторгом слушала, как он рассказывал об их прогулке.

Наконец, Суннива заметила перемену, происшедшую с Ирьей.

— Ирья, — изумленно усмехнулась она, — что это ты вырядилась?

Ирья, простая крестьянская девушка, бросила беспомощный взгляд на Силье.

— Это я сделала ей новую прическу, — ответила Силье. — И я считаю, что она очень мила.

Слава Богу, и Таральд наконец заметил, как изменилась Ирья. Но мысли его были все еще далеко отсюда.

— Да, я обратил на это внимание, — прибавил он. — Тебе это очень к лицу, Ирья.

Суннива смутилась.