Томление

Они шли последними, так как сидели на первой скамье в храме. Жюли протянула свою маленькую, мягкую ручку, Лив пожала ее, и они обменялись ничего не значащими приветствиями.

— А это фрекен Сесилия, как я понимаю? — сказала Жюли, глядя на Ирью.

Мартин выглядел затравленным, но он был в это время занят разговором с другими прихожанами.

— Это я, — произнесла Сесилия, открыто взглянув на Жюли. Война была объявлена. — С кем имею честь?..

— Я жена приходского священника, — в бешенстве ответила Жюли, возмущенная тем, что не все знают, кто она такая."

"— Ах да, конечно же, Мартин говорил мне о вас, — вкрадчиво ответила ей Сесилия.

Говорил? Говорил?

— Вы хотите сказать, господин Мартиниус, — поправила ее Жюли ледяным тоном. — А это ваша родственница из Эйкебю, не так ли? Это не ее ли прозвали Былинкой? Какое смешное имя!

— Баронесса Ирья — моя золовка, — поправила Сесилия. — И мы были очень рады принять ее в свою семью. Мы с ней росли вместе. Так что былинка оказалась крепкой. Ее нынешнее положение подтверждает это!

Жюли больше не могла притворяться. Голос ее оставался все таким же нежным и приветливым, но в выборе слов она перестала стесняться.

— Да, семья Мейденов всегда отличалась любовью к низам: таков ее круг общения и таковы спутницы жизни!

— Не правда ли? — парировала Сесилия оживленно. — Именно в этом сила нашего рода.

— Сила в том, чтобы опускаться все ниже? А что поговаривают об этом датские дворяне?

— Но мы живем в Норвегии и ведем себя как норвежцы. А норвежское дворянство всегда поступало так, как считало для себя нужным, после того как были отменены всяческие привилегии.

«Неужели у нее на все найдется ответ?» — раздосадовано подумала Жюли. И нанесла удар ниже пояса:

— Но похоже, это дурно сказывается на потомстве?

«Ах ты, чертовка!» — подумала Сесилия и выпустила все когти, чтобы защитить Кольгрима.

— Мы пока этого не заметили, — беззаботно ответила она. — Напротив, всегда полезно вливать свежую кровь в древний род. Я понимаю, что вы еще не успели увидеть Маттиаса, сыночка Ирьи. Это прелестнейший ребенок во всей округе. Ну а у вас как, есть собственные дети?

Для Жюли это было уж слишком. Она готова была произнести: «Я не настолько безнравственна», но тут же решила, что лучше будет не касаться интимных сторон своего брака. Иначе эта гнусная особа решит, что господин Мартиниус нуждается в «утешении»!

Поэтому она выдавила из себя тусклое «нет» и отошла к своему мужу, даже не попрощавшись с Мейденами. Сесилия, которая походила на разъяренную кошку, дернула за собой Ирью, и обе они поспешили за Лив и Дагом. Она посчитала, что выиграла эту дуэль.

— Имей в виду, ты должна обходить эту женщину стороной, — предупредила она Ирью.