Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

Туда и засыпаем из пороховницы… отлично. Теперь берем в руки ствол – в нем иная камора, чуть толще, чем сам ствол. Туда – пулю. Свинец штука мягкая, при выстреле в ствол пролезет, не разорвав. Зато – прилегание к стенкам идеальное, значит, и мощность выстрела хорошая. Еще один плюс – пуля не выкатится! А то недавно морской пехоте мушкетоны привезли… Интендантство решило сэкономить: стволы не оснащены шомполами, зато в патронах не пули, а пулечки – махонькие, чтобы в ствол сами проваливались. Еще хвалили: мол, не надо ничего в дуло толкать – стукнул прикладом оземь, пуля вниз и провалилась! Быстро! То есть – даже не запыжевать. Шомпол же теперь положен один на взвод.

Вот такая экономия: меткость в ноль, дальность тоже почти в ноль.

Ну, что бы сделал росомах?

А снарядил бы пистолеты, да пошел объявлять, что попытка всучить вместо оружия детскую игрушку солдатам его католического величества короля Карла Четвертого есть оскорбление! Потому – стреляться через платок! Или…

Вот тут нужно оставить выход. Убегающему горному козлу проще вспрыгнуть на загривок, чем подставившему украшенный рогами лоб. Ну, этот-то не горный. Просто козел. Ничего, и такого съедим!

На деле короткоствольный мушкетон для корабля – самое оно. Только пусть поставит шомпола – хоть и за свой счет! Тогда нужно озаботиться картечными патронами и пыжами – перед абордажной схваткой выйдет самое то.

Ну вот, стволы ввинчены на место, колесцовый замок взведен вторым ключом. Дорог, зато не отсыревает и осечек не дает. Посмотрим, готов ли интендант-гачупин помирать за барыши. На лестнице – белизна колонн, вытертые ступени с утра подновлены мелом – прошлое. Мелькает мысль: «Снова попал?» Черные мешковатые штаны, сапоги, черные же куртки под белыми хлопчатыми накидками… Это же в семнадцатом веке надлежащим цветом одежды благородного дона был черный! Не то, чтобы попасть в эпоху величия было плохо… но там нет Роситы. К счастью, короткого взгляда на часовых – мундир фрачного покроя, на голове шляпа, отличающаяся от гражданского цилиндра только огромным пупугайским пером, приляпанным к тулье здоровенной латунной бляхой, – хватает, чтобы понять – на дворе по-прежнему век «просвещения». На деле упадка, но что поделать, если и росомах, и человек уже прикипели к этому времени и этой земле – потому, что женщина – тоже земля.

Так что… Все хорошо. Сменится ли упадок процветанием, зависит от ума и храбрости мужчин! Вот еще и поэтому вор должен заплатить… или получить пулю. А что сеньоры вспоминают славное минувшее – это неплохо. Пожалуй, это напоминает добрую вихрянскую ностальгию по временам иной великой державы. Правда, мы ее застали – а эти не помнят времен старой славы. Зато еще надеются.