Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

– Вперед! – Выхватив шпагу, лейтенант занял место впереди своих подчиненных.

Вот он, проклятый лес… Справа хрип, упал солдат. Еще один, сколько же мы их потеряли тут?

Маклейн бился на земле, пуля разорвала ему горло…

Вот уже и кусты близко. Один из них шевельнулся, оттуда выскочил невысокий парень в странной пятнистой одежде, отпрыгнул в сторону, присел на колено… Сейчас! Пистолет прыгнул в руку. Ты будешь первым русским, которого я…

Удар! В руку, будто бы бревном дали со всей силы!

Еще один, нога словно бы сломалась…

– Как вы себя чувствуете, лейтенант?

Рыбаков, сидя на лошади, рассматривал лежащего на повозке Гордона.

– Будет жить, – ответил вместо него русский, перевязывавший лейтенанта. – Правой руки, правда, у него не будет, кисть, как ножом, срезало. Так, ему и воевать теперь ни к чему. Если доживет до пенсии, будет цветы поливать, это и левой рукой делать можно. – Сказал он это на нормальном английском языке, видимо, для того, чтобы раненый его понял.

– Что… – прохрипел Гордон. – Что с моими людьми?

– Те, кто уцелел, – ответил Рыбаков, рассматривая трофейный пистолет, – после перевязки, отправятся вместе с вами. В плен. Возницы доведут повозки до поселения и тоже останутся у нас. Британская армия нарушила наши законы, на нашей земле. За все надо платить, надеюсь, вам известно это изречение?

Лейтенант приподнял голову. Жалкая кучка израненных людей, человек восемь. И это все, что осталось от сорока солдат? Сколько уцелело возниц, он не видел, но вряд ли судьба была к ним более благосклонна.

– Какой плен?! Разве мы в состоянии войны с вами?!

– Вас предупреждали, лейтенант. Вы сами, и никто другой, виноваты во всем произошедшем. Запомните и передайте остальным, когда сможете. Русские делают только одно предложение. Его можно принять – и уцелеть. Можно отклонить – и умереть. А ваши возчики… У меня приказ, да и возвращаться им будет некуда…

– Вашего форта скоро не будет, как и всех, кто поступит неразумно, вроде вас, и не согласится на добровольную сдачу. Прекратим этот спор, у меня мало времени и людей, чтобы заниматься с вами отдельно.

– Мало? Судя по плотности огня, вас было не менее сотни!

– Марина! Кругом спокойно?

Из близкого кустарника, который даже не шелохнулся, выскользнула фигурка, в которой, присмотревшись, Гордон узнал стрелявшего в него паренька. Паренька? Да это же…

– Да, лейтенант, наши женщины тоже воюют наравне со всеми, – русский печально улыбнулся. – Такова жизнь, как говорят ваши соседи – французы.

– Это… все ваши люди?

– Да. Таможенный пост, даже и не армия. Увы, но настоящих солдат мне не дают…

– Вы хотите сказать… против нас воевало всего три человека?!

– Четыре! Наши женщины тоже умеют воевать, если нужно.