Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

Ну, насчет «убью» понятно, насчет тонкавов меня уже просветили. Натурально, людоеды. С равнин. Когда их за эту вредную привычку соседи множат на ноль, остатки бегут через горы сюда, отъедаются на местном населении, размножаются и возвращаются обратно. Закон западла в действии – после хорошо обязательно будет плохо…

Вопроса насчет «что делать» не стояло. Прикинули маршрут отхода этих самых (они отчего убежали? Нас все-таки двенадцать рыл неслось, у них очко и сыграло, их-то всего семеро, плюс мясом нагруженные, плюс один из них – раненный в левую ногу, четверо убежало в холмы, трое, видимо, совсем нюх утратившие, в сторону наших дорогих дам), прикинул, что да как, благо шли они в местности, где мы позавчера желуди сшибали, послал шестерых по широкой дуге обойти и встать с луками в лесу на выходе из долинки между холмов. Змея и двоих нуму отправил в погоню за теми, что к лагерю пошли – отловить и покарать. А сам с остальными тремя пошел следом.

Поймали их удачно – голая, поросшая невысокой травкой долинка, справа и слева – лесок редкий, впереди – наши с луками. Пальмы они побросали, бежать с ними, видите ли, неудобно. А мне с пальмой, ружьем, топором да ножом – удобно? Тем более что явно видно – боятся. Для них и напасть на тонкавов этих надо – и какие-то, видимо, заморочки насчет нападения. Ладно, у меня эти заморочки напрочь отсутствуют, не для того Родившегося Рано учил, чтобы его сожрали. Нагло окружаем этих на расстоянии, для стрелы недоступном, метрах в семидесяти. Пусть думают, что боимся… а я спокойно достану из чехла на бедре вкладыш. И два патрона из трех, которые у меня 7,62´54. Вставляем, снаряжаем, в положение для стрельбы с колена… до этого ни разу в жизни по человеку не стрелял. Оказалось – легко. Минус один. Так, кто там у нас лук вскинул? Минус два. А теперь оставить ствол, отцепить топор и идти разобраться с ними так, чисто по-человечески. Женщина легкого поведения, я в гневе. Беспредельщиков надо гасить.

– Та-у кха «кху», – это своим, которые со мной идут. – Тонкаа-ва ару-йа м-анити. – Ну, что никаких таких «ку», это моя жертва духу моего племени.

Тонкавы понимают, что их все равно грохнут, бросаются вперед. Хромающий на ногу получает ножом в живот, уж что-что, а метать ножи меня учить не надо. С детства, каждый день, в тяжелой форме. Спасибо деду. Второй, с палицей и ножом, наскакивает – и понимаю, почему мои индейцы тонкавов боятся. Как боец этот отморозок на голову круче всего, что я здесь видел. Палица отбивает древко пальмы, нож царапает предплечье… расходимся. Снова ухожу от палицы, блокирую нож, отскакиваю и – ННА, этого у вас не знают! Выпад, проход по рукояти, остановка удара и сразу же – широкий отмашной по горлу.