Весь цикл «Десант «попаданцев» (6 книг в одном томе)

 – Дальнобойность нашего оружия они не знают, значит, вряд ли построят лагерь дальше чем за полкилометра, для снайпера почти в упор. Контрэскарпы они подведут метров на сто, там под минометом и лягут. Но я думаю, что до этого не дойдет.

– Именно, – сказал Артем. – И доводить мы до этого не собираемся. Сценарий будет совсем другой, и наглы нам в этом помогут. Но сработает это только один раз, а вот для второго раза твоя задумка может и дать плоды, как, Саш? Но это будет уже потом – раньше чем через год они не оклемаются. Так что оставляй свои художества, а мы тут подумаем.

Да, вежливо послали, ну и ладно. Пойду я свои грядки проверю, а то картошку пора уже окучивать, похоже, все-таки будет у нас в этом году два урожая, и пусть лайми удавятся.

Лошадь – животное благородное, но спереди и сзади опасное, а в середине неудобное. И со всех сторон – вонючая, тупая и неблагодарная скотина. Ну вот скажи мне, легкомысленная особа, для того ли я вчера битый час разбирал-расчесывал тебе хвост, чтобы ты за ночь нахватала в него репьев?! И, главное, где ты их нашла?

Кобыла не желает отвечать на мои вопросы, но стоит спокойно и даже хвост не вырывает. Прогресс замечательный. В первые дни они всем табуном убегали в дальний от человека угол левады, храпели и смотрели на людей так, будто мы их уже живьем едим. Их можно понять – индейцы считают конину деликатесом, а охоту на диких лошадей – достойным вождя делом. К счастью для нас, мустанги – все же одичавшие лошади, а не дикие. Надо только напомнить им, что человек – это еще и овес, и соль, и щетка со скребкой…

Так, Галку дочистил, принимаюсь за Белку. Откровенно говоря, они все гнедые, но Галка – самая темная, а Белка самая светлая в нашем табунке. А также самая молодая, любопытная и шебутная. Зубы пока не смотрели – лошадки еще диковаты, но внешне она еще совсем стригунок. В перспективе это хорошо – легче будет обтянуть и заездить, но сейчас – представьте, что вам надо заставить смирно стоять бойкого ребенка, который не понимает русского языка. И весит вчетверо больше вас.

– Белочка милая, Белочка чистая, Белочка в лужах не валяется…

На самом деле Белка вывалялась в пыли и не скажу в чем и успела после этого высохнуть. А мне все это счищать, осторожно и ласково. К хвосту, к голове, к хвосту, к голове. К хвосту – и выбить о столб. И снова к хвосту, к голове…

От дома подходит Змей, приветствует меня и без лишних слов берется за лопату и тачку. Четыре лошади – это не только восемь квадратных метров пыльных шкур и три погонных метра хвостов, но и центнер навоза ежедневно. Я поднимаю глаза к небу. Господи, прости, если я неправильно тебя называю, но я благодарен тебе за здоровое и сильное тело, которое ты дал мне и моим товарищам. Белка еще не вычищена, а левада уже прибрана.