Возвращение Томаса. Башня-2

 – Или чего добивается хотя бы та часть вашего шпионства… к которому принадлежишь ты? Как я поняла, у вас разногласия?

– Одним из первых параграфов, – ответил он с подозрительной готовностью, – могла бы стать рента, которую следовало бы взимать с отдельной страны-квартиры за пользование биосферой. Рента будет тем больше, чем больше антропогенная нагрузка данной квартиры-страны на биосферу. Рентное число – это равенство всех стран, равенство их ответственности перед человечеством. Рентные деньги, поступающие от стран за пользование биосферой, в первую очередь должны выделяться на сохранение массивов девственной природы мира и направляться в страны, которые содержат такие массивы.

– Ага, – сказала она злорадно, – это развитые страны будут платить бразилиям да индиям за то, чтобы те лежали на солнышке кверху пузом, а лес не трогали? И вообще, остальной мир будет кормить их только за то, что им повезло родиться на свет в местах, где много леса, а не в Японии, где, кроме голых гор, ничего нет?

– А кто сказал, что собираемся кормить всех манной небесной? Да, всеобщей справедливости пока нет. Более того, многим это покажется крайне несправедливым. Нарушающим права человека!

– Когда на весах судьбы права человека и права человечества, то мы, уж извини, выберем человечество! Я понимаю красивые фразы типа «Да свершится правосудие, даже если погибнет мир», но мы – прагматики. Мир и человечество надо сохранить, даже если где-то невинный ребенок из-за этого уронит новую чугунную слезу. К сожалению, планета Земля с ее конечными размерами и ресурсами, конечной способностью регенерировать имеет предел и для народонаселения. Увы, можно содержать не больше семи миллиардов населения. Учти, это в идеале! А сейчас – что-то не больше трех. Из глобальной экологической катастрофы нам можно выйти, только реконструировав мировую систему, переведя из стихийного развития… как сейчас!.. в управляемое, программное. Человечество встало перед немыслимой и неведомой раньше задачей: создать за исторически короткое время принципиально новую управляемую жизнеспособную мировую систему.

Она спросила невольно:

– Как вы это намерены сделать за короткий срок? Это в самом деле немыслимо!

Олег подумал, кивнул:

– Да, трудно. Но если надо… Годиков сто-двести это займет, пожалуй.

– Но ты же сказал… за короткий срок!

– За исторически короткий, – поправил Олег.

Она умолкла, раздавленная, сразу ощутив пропасть между собой, для которой дожить до получки – немыслимо длинный срок, и этими людьми, чья Организация живет историческими эпохами, а они живут ее задачами.

Он обхватил ее обеими руками, прижал к груди.