Возвращение Томаса. Башня-2

– Вы правы, брат… если позволено мне так называть вас, за неимением другого обращения. Там много такого, что может вызвать волнения или излишние толки. К примеру, нам известны имена некоторых людей, которых Господь по известным только ему причинам оставил дожидаться Страшного суда здесь, на земле.

Олег искривил губы в скептической усмешке.

– Это Мельхиседек, Енох, Агасфер?..

Томасу почудилось, что прелат тоже едва не искривил губы в точно такой же улыбке. Но чего-то не решился, хотя в голосе усмешка прозвучала:

– То, что тебе известно имя человека, известного народу под именем Вечного Жида, кое о чем говорит, не так ли?.. Но церкви известны и другие имена. Таких людей больше, чем упомянуто в Святой книге.

– Вот как? – спросил Олег без интереса.

Томас видел, что между ними завязалось нечто вроде поединка, даже настоятель ощутил, только не понял, в чем суть, посматривает то на одного, то на другого.

Томас поднялся, сказал с поклоном:

– Отец настоятель, оставим наших ученых братьев беседовать о неведомом, а вы не расскажете мне о здешних противниках, о способах атаки и как вы их отражаете? Я прибыл с жаждой покончить с врагами церкви, но душа моя смятена, я не знаю, с чего начать.

Настоятель встал, дружески взял молодого рыцаря под руку.

– Пойдем, сын мой, я все покажу и расскажу.

Они вышли, прелат кивнул им вслед.

– Ваш спутник, как я заметил, очень ревностный сын церкви.

– Не столько церкви, – ответил Олег, – сколько христианства. Хотя вы правы, само учение Христа целиком и полностью дело рук церкви. Это то знамя, под которое сам Иисус ни за что не встал бы. Нет-нет, это я не в упрек, а скорее, в похвалу. Церковь сделала очень многое, чтобы отсеять шелуху, а из смутной идеи вырастить жемчужину.

Прелат проговорил осторожно:

– Я бы не стал говорить так категорично… И, кстати, вам не любопытно, какие, в частности, строки я прочел однажды в откровениях и предсказаниях пророков? У меня редкостная память, да к тому же иные строки поражают до глубины души…

– Ну-ну, – сказал Олег, – давайте, блесните эрудицией.

– Я не помню дословно, – ответил прелат, – но, читая политые кровью сердца записи о взятии и страшном разгроме варварами святого Рима, я обратил внимание на то, что один из вождей, что отличался отвагой и свирепостью, высок ростом, рыжеволос и с зелеными глазами… Ну, как у вас, странник.

– Это среди римлян таких не отыскать, но среди северных варваров каждый третий – рыжий, и каждый десятый – с зелеными глазами.

– Согласен, – сказал прелат кротко.