Возвращение Томаса. Башня-2

Леди Жанель подхватила его под руку, Томас поулыбался ей, она усадила его рядом, сияющая и веселая, проворковала томно:

– Сэр Томас, вы всех женщин просто очаровали!

– Надеюсь, – пробормотал он, – эти чары не противоречат учению святой церкви?

– Ах, – ответила она еще обворожительнее, – вы все шутите! Все только и говорят о вашем подвиге!

– Да, – ответил он вежливо, – слушать это пение целый час – это больше, чем подвиг. Это мученичество!

Она отмахнулась с той же улыбкой:

– Вы все шутите, доблестный герой. Подвиг – это ваше беспримерное сражение с этими ужасными людьми.

– Господь все видит, – ответил он благочестиво. – Что бы я делал без его помощи?

Она сказала загадочно:

– Надеюсь, вы не всегда призываете высшие силы?

– Только когда забуду, – ответил он честно. – А так вообще-то стараюсь идти с Господом в сердце.

Она капризно надула губки.

– Не слишком ли вы с ним неразлучны? Иногда приходится таиться от всех, даже от Господа. Я имею в виду дела амурные… Или вы блещете только в битвах и сражениях? Вы слышали, граф Удельгейс объявил большой турнир по случаю объединения его земель с владениями барона Цеппелина.

– Нет, – ответил Томас. – Не слышал.

– Большой турнир, – сказала она мечтательно, – приедут сотни рыцарей в сверкающей, как солнце, броне! Будут звучать с утра до ночи песни менестрелей, крики герольдов, зеленые поля расцветут красными, оранжевыми и желтыми шатрами, на богатых повозках прибудут яркие и прекрасные женщины, прославленные красавицы… О, дорогой Томас, в этом месте ваши глаза заблестели!

Томас сказал с неловкостью:

– Я уехал из Кастла в преддверии турнира, куда уже начали съезжаться все эти красавицы.

– Вас заставили? – спросила она сочувствующе, с правого плеча платье сдвинулось вниз по белой руке, обнажая чистую девственную кожу. – И никто из красавиц вас не вознаградил за потерю?

Он сказал деревянным голосом:

– Леди Жанель, рыцаря может заставить только его долг. Превыше всех турниров долг, который заставил меня выступить… да, выступить! И, к сожалению, не дающий мне насладиться гостеприимством любезнейшего герцога.

– Долг? – спросила она с непониманием.

– Именно, – подчеркнул он. – Долг рыцаря – борьба со Злом!

– Ох, – сказала она в испуге и красиво округлила глаза. – Вы борец со Злом?

– Именно, – ответил он гордо и выпятил подбородок. Подумал, выпятил грудь, а потом постарался раздвинуть плечи еще шире. – Со Злом надо бороться. Если не мы, рыцари, то кто?

– Какая у вас красивая жизнь, – сказала она восторженно. – Вы такой отважный… Вы ведь отважный, да?

– Стараюсь, – ответил он скромно.