Семья Звонаревых. Том 1

Около ярко освещённых кабаков и трактиров толпились люди. Оттуда неслись разноголосые крики и пиликанье гармошек. Казалось невероятным, что где-то недалеко отсюда лежали залитые светом Невский проспект, Литейный, Дворцовая площадь.

– Вы не боитесь здесь ходить? – спросила Варя.

– Нет, при свете меня узнают и в обиду не дадут, а со мной и вас.

Вскоре они подошли к довольно большому двухэтажному деревянному рубленому дому. Входная дверь была открыта настежь. Поднявшись на крыльцо, Краснушкин вынул из кармана электрический фонарик и осветил тёмный коридор, узкий и грязный. В нос ударил запах кошек, нечистого белья и кислой капусты.

Доктор вошёл первым. Варя, поёжившись, робко оглянулась по сторонам и нерешительно последовала за ним. В темноте она то и дело натыкалась на какие-то кадки, скамьи, коробки. Ей казалось, что этому коридору не будет конца. Одна за другой оставались позади двери, выстроившиеся угрюмой шеренгой.

Наконец Краснушкин постучал в одну из них. Никто не отозвался. Пришлось повторить стук ещё дважды. Внезапно дверь отворилась, и на пороге в тусклом свете лампы появилась сгорбленная женская фигура.

– Кого здесь носит? – грубо окликнула женщина.

– Это я, Аграфена Фёдоровна, доктор, – отозвался Краснушкин.

– Прости, Иван Палыч, что не признала сразу, – сказала женщина и вдруг настороженно уставилась на Варю. – А это кто с тобой?

– Помощница моя, фельдшер, – объяснил Краснушкин.

Только теперь Варя разглядела, что перед ней стояла женщина с худым, изнурённым лицом. Но блестящие глаза и энергичные, быстрые движения говорили о её молодости.

– Проходи, Иван Палыч, – уступила хозяйка дорогу. – Мой Митрич что-то совсем заплошал.

Небольшая комната, куда вошла Варя, была разделена занавеской на две половины. В одной, освещённой, посредине стоял стол, за которым разместилось шестеро детей – мал мала меньше. Старшие кормили малышей похлёбкой с ложки. У небольшой плиты, заставленной горшками и кастрюлями, хлопотали две пожилые женщины. Одна готовила, другая подавала еду на стол.

В углу на деревянном топчане лежала старуха и почти беспрестанно кашляла. Около неё сидел уже немолодой мужчина и отчаянно дымил цигаркой. Космы удушливого, едкого махорочного дыма гуляли по комнате. Увидев доктора, мужчина торопливо потушил цигарку и начал руками разгонять дым.

– Сколько раз я говорил, чтобы в комнате не курили! – строго сказал Краснушкин. – Поймите, наконец, что здесь лежат тяжелобольные. Им и без вашего дыма дышать нечем. Как вы этого не понимаете?

– Нет у них ни стыда, ни совести, – поддержала его Аграфена Фёдоровна. – Сосут и сосут, лихоманка их задери. Надымят, как в кабаке. Супостаты какие-то, а не люди. Только о себе и думают.

В комнате было довольно жарко.